СЕРИЯ
ВИЗАНТИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА
ИССЛЕДОВАНИЯ
А. П. ЛЕБЕДЕВ
ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
состояния Византийско-восточной церкви от конца ХI дО середины
XV
века
от начала Крестовых походов
до падения КонстантинопоАЯ в
1453
г.
ПD~-------------------------~~
r
1
А. п. ЛЕБЕДЕВ
ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ СОСТОЯНИЯ Византийско-восточной церкви от конца
XI
дО середины
XV
века
От начала Крестовых похоДов
до падения Константинополя в
1453 г.
Научная редакчия, библиография и именной указатель М. А. МорозоВа
• Издательство
«АЛЕТЕЙЯ»
•
Санкт-Петербург
,
~ 1998 ~ 1Жt~------------------------cr~
ББК
67.103
А. П. Лебедев
(Рос.)
98(3)
Редкояяеzия серии (fВUЗ4ктийСК4Я бибяиотеК4'): Г. Г. Лиmаврин (nредседаmель), О. Л. Абышко (СО'nредседа mель),
И. А. Савкин (со-nредседаmель), С. С. Аверинцев,
М. В. Бибиков, С. П. Карпов, Г. Л. Курбатов, Г. Е. Лебедева,
Я. Н. ЛюбарскиЙ. И. П. Медведев, д. Д. Оболенский, Г. М. Прохоров. А. А. Чекалова, И. И. Шевч.енко Эта книга проф. А. П. Лебедева является логическим продолжением его труда по истории Византийской церкви в
IX-XI
вв. Следуя тому же плану, что и в предыдущей кни
ге, автор ставит целью осветить религиозную жизнь визан
тийского общества на протяжении четырех веков. Это был очень сложный период в истории Византии. С одной сторо ны, происходит упадок ее политического значения и уровня
государственной жизни, а с другой стороны
-
это период
подъема византийской культуры и образования (так назы ваемые «комниновское» И «палеологовское» возрождение). А. П. Лебедев рассматривает внутреннюю жизнь Византий
ской церкви во всех ее аспектах
-
отношения между Цер
ковью и государством в теории и на практике, нравственное
состояние общества в данный период, состояние византий ского образования, материальное и нравственное положение клира. Яркие характеристики императоров и константино польских патриархов значительно оживляют исследование.
Это труд, как и все произведения А. П. Лебедева, имеет под собой солидную научную основу в виде русских и зару бежных исследований, и основан на серьезном анализе раз
ных источников. Он написан живым научным языком и будет интересен как специалистам по истории Византии и Визан тийской церкви, так и широкому кругу читателей. Издание снабжено указателями и новейшей литературой по предмету исследования.
©
Издательство «Алетейя» (г. СПб)
-
1998
г.
СОДЕРЖАНИЕ Стр.
Взгляд на взаимные отношения церкви Греческой и ЛаТИНСКОЙ. Общие замечания. Крестовые походы и
1.
их значение в вопросе об отношении латинян к грекам
(разграбление и опустошение крестоносцами Фессалоники и Константинополя). Враждебные отношения греков к крестоносцам и латинским жителям на Востоке. Главней шие церковно-исторические факты, в которых выражалась
взаимная неприязнь церквей Латинской и Греческой: пре зрительные отзывы пап и королей о Греческой церкви;
чем отвечали на это греки (рассуждения Анны Комниной, Вальсамона о превысшем авторитете Константинопольско го патриарха и проч.)? Твердость греков в своей вере. Полемика между латинянами и греками: западный писа тель
Гугон
и
его
обвинения
против
греков
-
по
части
догматики, таинств, разных сторон богослужения, нападки его на духовенство и монашество,
выявление им недостат
ков в религиозном положении народа; обвинения, возво димые греками на латинян в богослужебном отношении, нападки
их
на
поведение
латинского
духовенства,
цания ими обыденной жизни латинских христиан.
-
пори
Фак
ты и воззрения, свидетельствующие, что союз Восточной и
Западной церкви в
XI-XV
вв. еще не совсем был порван
п. Религиозно-нравственный характер Византийской империи.
-
Почему трудно описывать эту сторону исто
рической жизни?
Общая характеристика византийских
императоров рассматриваемого периода. Черты религиоз
НО-нравственной жизни императоров: Алексея Комнина и царственного
его
дома,
Иоанна,
Мануила
и
Андроника
Комниных. императоров из фамилии Ангелов, Иоанна Ва
тацы и некоторых императоров из дома Палеологов.
Черты нравственной жизни византийского общества или
всего народа вообще: недостаток сохранения собственного достоинства; нарушения заповеди о целомудрии, неравно
меРно-строгое Отношение в этом случае законов к преступ ности мужа и жены, - пьянство, - «скоромное зло»;
ХИщничество и казнокрадство; верноподданничество, «око ченеВшее на маске,>, и наклонность к анархии. - Черты
9-40
А
6
П
Лебедев
религиозной жизни народа вообще: непорядки в отправ лении богослужения; суеверия; страсть к гаданиям
-
га
дания на предметах священных, на зернах и проч., слепая
вера в предсказания, непросвещенный взгляд на кометы,
талисманы.
-
Светлые
стороны
в
религиозно-нравст
венной жизни народа: преданность Православию, хранение церковных уставов и проч. Преобладание темных сторон над светлыми...............................................................
111.
Отношенне государственной властн к Церквн.
41-85
-
На чем византийские императоры основывали свое вме
шательство в дела Церкви? Мысли светских и высших духовных
лиц,
клонящиеся
в пользу подобного вмеша
тельства. В чем вообще выражалось такое вмешательство? Мысли
преимущественно
высших
иерархов
против вме
шательства императоров в дела Церкви. - Описания от ношений к Церкви императоров: Алексея Комнина (борьба его с павликианами и богомилами. Его новеллы), Мануила Комнина (различные отзывы об отношениях Мануила к Церкви; богословские споры при нем:
1)
об Евхаристии,
как жертве, 2) по поводу изречения сОтец более Меня есть». 3) о боге Магометовом; новеллы Мануила касательно Церкви, духовенства и монашества, его же новелла о боль
ших и малых праздниках; отношения к Церкви Андроника
Комнина, Исаака Ангела, Алексея III (спор при нем о «нетленности ~ тленности» Евхаристии), Михаила Палеолога, Андроника Старшего и проч. ..............................
IV.
86-131
Иерархи, преимущественно константинопольские,
и их церковно-общественная деятельность.
-
Идеал пас-
тыря (мысли Григоры и Пахимера).
Патриархи от конца ХI века до завоевания Констан тuноnоля латuнянамu: Николай Грамматик, Михаил Ок сийский,
Косьма Аттик,
Николай Музалон (экскурс по
вопросу о соединении архиерейства и монашества в одном
и том же лице), Лука Хризоверг, Михаил Анхиальский, Феодосий Ксифилин
1, Василий Каматир (в Примечании), Георгий (ibid.), Иоанн Каматир (некоторые подробности
касательно спора о снетленности И тленности>.> Евхаристии,
Михаил Сикидит - представитель заблуждения, вопрос о тожестве Михаила Сикидита и Михаила Глики - судьба патриарха)
Более
.................................. ... ...... ........................ 132-151
замечательные
патриархи Константинополь ские, nравившие Церковью из Никеи, по перенесении сюда столицы из Византии, завоеванной латинянами: Герман 11, Мануил 11, Никифор 11 (экскурс о двух Никифорах: патриархе и Влеммиде), Арсений ..................................
151-167
7
Содержание
Патриархи. заnимавшие кафедру со времеnи отnятия
z еками столицы у латиnяn и до окоnчательnоzо nодnа lenuя ее под власть турок: Герман 111, Иосиф 1, Иоанн ВекК
Григорий Кипрский, Афанасий, Иоанн Созополь
ский' Афанасий (вторично), Нифонт, Иоанн Глика, исай~, Иоанн Калекас, Исидор, Каллист 1, Филофей, Нил,
Матфей, Евфимий, Иосиф 11, Митрофан, Григорий Мамм; неКТО Афанасий был ли (последним) византийским пат риархом? Общие замечания о патриархах эпохи Палеоло-
гов
.............................................................................. 167-227 3илоты и политики в духовеnстве, общие характе
ристические черты тех и других, причины появления зи лотов и политиков. 3илоmы
в
умственном,
научном и нравственном
отно
шении, притязательность и самоуверенность зилотов. От ношения их к светскому правительству. Демагогический характер зилотов. Отношения зилотов к архиереям и кли рикам.
Политики в их умственном, научном и нравственном
отношении. Идеал монаха у политиков. Отношения их к светской власти (их теория «экономии»). Примеры. Отно шения
политиков
к
архиереям
и
клирикам.
Эпоха господства зилотов и политиков И конец этого
господства.. ......... .... ......... .... ...... ...... ... ............. ............ Материальnое nоложеnие духовеnства. (Прибавление
227-260
к отделу о Константинопольских иерархах.) Неодинаковое положение в
XI,
ХII веках, в большую часть
XIII
века,
и в конце XIII и начале XIV веков. Быстрый поворот к худшему в XIV веке. Бедственное положение в XV веке Краткое обозреnие патриархатов: АлексаnдриUскоzо.
Аnтиохиuского и Иерусалимского ................................. Духовное просвещение и богословская наука. Духовnое nросвещение: фамилия Комниных и ее любовь
v.
261-270 270-279
к Просвещению. Состояние школ в эпоху Комниных. Ув-
лечение платонизмом в ХН веке. Перечисление главнейШИХ Представителей богословской науки, принадлежавших ко временам Комниных. - Положение духовного просве-
Щения во времена перенесения столицы вНикею.
-
Улуч-
Шение дела с восшествием Палеологов на византийский трон. Любовь вообще Палеологов к образованию. Школы при них. Увлечение платонизмом в период Палеологов
(ПЛИфон), характеристика учения Плифона, борьба с ниМ. Перечисление замечательнейших представителей богослов-
ской науки в период Палеологов ................................... 280-290
А
8
П
Ле6еdев
Обработка отдельных богословских наук:
1) Священная экзегетика: Евфимий 3игавин и его тол кования на Четвероевангелие, Соборные послания, Пав ловы послания и проч. (история открытия некоторых из
этих комментариев)
2)
...................................................... 292-299
Догматико-полемические произведения: «Догматиче
ская Паноплия Православной веры» 3игавина; «Сокровище веры» Никиты Хониата; краткий обзор догматико-поле мических сочинений Николая Метонского, написанных по поводу современных ему заблуждений (ХН в.) ............... 3) История Церкви: Никифор Каллист и сведения о его жизни; характеристика его «Церковной Истории»; каталоги его ..................................................................
4)
Богословские
сочинения
299-315 315-323
церковно-практического
характера: «О лицемерии» Евстафия ФессалоникиЙского.
«Обозрение жизни монашеской с точки зрения требую щихея в ней улучшений»
его же, другие сочинения Ев
стафия. «Семь слов О жизни во Христе», сочинение Николая Кавасилы .......................................................
VI. VII.
Падение Константинополя в
1453
г.
................
Приложение. - Общество Любителей Духовного Просвещения в Византии давнего времени..................
323-337 338 348
Взгляд на взаимные отношения церкви
Греческой и Латинской Времена византийских патриархов Фотия (в IX в.) и Михаила Керулария (в ХI в.) совершенно справедливо считаются эпохой, когда случилось действительное разделение Церкви на Восточную и Западную. Но нет сомнения, эта взаимная вражда двух сестер
церквей улеглась бы, сгладилась бы, с течением времени между ними возникло бы если не единение, полное и всецелое, то по крайней
мере установились бы более или менее миролюбивые отношения. Но этому не суждено было последовать. Причиной этого были все новые и новые столкновения, какие имели место во взаимных отношениях между греками и латинянами в остальное
время существования Греческой империи в ХН,
и
XHI, XIV
XV
ве
ках. Обстоятельства эти не только не способствовали к умиротво
рению вражды между двумя названными Церквами, но еще более усиливали взаимный антагонизм. При взгляде на историю Восточной церкви с ХН по ХУ вв., т. е. до падения Византии, хотелось бы прежде всего объяснить, чем
обусловливалось прогрессивное возрастание нерасположения церкви Восточной и Западной, и в каких примечательных фактах это отражено.
Одним
из
значительных
факторов,
содействовавших
Отчуждению двух родственных по своей вере народов
-
такому
греков и
латинян - были крестовые походы, начавшиеся с конца XI века и продолжавшиеся до исхода XIII века. Западные крестовые походы довели нерасположение
греков
к
латинянам до высшей степени
напряжения. Прежде всего эти походы имели то следствие, что ОНи наводнили Греческую империю разного рода предпринимате лями с экономическими задачами, выходцами с Запада, повредив lIIими экономическому благосостоянию Греции.
Нам нет дела расследовать, отчего это зависело, только несо l'IIHeHHo, что с этого времени промышленность, торговля и капиталы переходят в Греческой империи к иностранцам. Правда, и до этого
:вреl'llени, :в особенности венецианцы, заметно забирают в свои руки КОммерческие дела
в
Греции;
но
с ХН в.
это
стало
каким-то
роковым законом для греков. Латиняне появились во всех городах и местечках Византийской империи; в Константинополе они заняли
ЦеЛые кварталы. Но что всего хуже: это были люди все денежные,
А.
10
11.
Лебедев
в сознании своего богатства смотревшие с презрением на греков.
Один греческий историк ХН в. (Киннам) замечает о венецианцах: имея право вести торговлю безданно, беспошлинно, они, «скоро и
без меры разбогатев, сделались заносчивыми, стали обращаться с (нашими) гражданами будто с рабами и обращались так не только с людьми из низших сословий, но и с теми, которые пользовались
у греков большими почестями».1 Другой греческий историк ХН
XIH
вв. (Никита Хониат) говорит вообще о тех же венецианцах: «Они целыми толпами и семьями променяли свой отечественный
город на Константинополь, размножились здесь и усилились, при
обрели огромное богатство и стали выказывать дерзость и гордость, так что не только враждовали к грекам, но не обращали внимания на царские угрозы и предписания. Их наглости превзоПIЛИ всякое
терпение».2 Разумеется, греческий народ не мог питать любовь и сочувствие к разбогатевшим за его счет и притом крайне зазнав шимся латинянам. Это чувство легко могло npимешиваться к тому чувству нерасположения,
какое уже существовало
у греков
вслед
ствие недавно произошедшего религиозного разрыва между Вос точной и Западной церквами. По обычаям того времени, при учреждении каждой иноземной торговой фактории, прежде всего воздвигали
церковь,
потом
дома, лавки и магазины.
уже
вымащивали
площадь,
строили
Фактория представляла из себя нечто
обособленное, замкнутое, имевшее в центре у себя храм, где совер шалась служба по обычаям и обрядам Западной церкви, где со вершали литургию на опресноках, пели и читали в символе:
filioque
и пр. 3 Как было не чувствовать к этим богатым и гордым латинянам сильнейшей ненависти,
ведь они,
имея
свои церкви,
своих свя
щенников, без сомнения, смотрели на себя как на единственных истинных христиан среди общества еретиков. С другой стороны, и латинянам в данном случае открывался повод еще более презирать греков, так как греки на презрение отвечали презрением и избегали латинского богослужения. Таким образом, наплыв иностранцев латинян на Восток в эпоху крестовых походов был одним, хотя и из
некрупных,
но
все
же
камнем
преткновения,
о
который
все
болыпе и болыпе разбивалось религиозное единение греков с ла тинянами. - Главная причина, почему крестовые походы служили к возрастанию вражды между данными Церквами, заключалась,
впрочем, не в этом, а в варварстве, грабеже и убийствах, какими сопровождались для греков эти походы рыцарей Креста. I
гл.
Самый
Кинна.fI. Обозрение царствования Иоанна и Мануила Комниных. Кн. VI,
10.
Русск. перев. СПб.,
1859.
2 Никита Xoltuam. История. Царствование Мануила. Кн. У, гл. 9. Русский
перевод Истории Никиты Хониата издан в двух томах. СПб .•
1860
и
1862
ГГ.
з Проф. А. Л. KamaltCKUu. История попыток к соединению церквей Греческой
и Латинской в первые
4
века по их разделении. с.
36.
СПб.,
1868.
-
В:u!/яd на (JзаU.'lItые отношения l~epK(Jи Греческой
11
Латинской
11
первый же крестовый поход наводит ужас и оцепенение на греков.
Неужели это наши братья христиане? Вот вопрос, который невольно приходил
на
мысль
каждому
греку,
когда
он
видел
крестовые
полчища, предводимые Петром Пустынником, Готшальком. Эти передовые толпы крестоносцев уже с первого раза предубеждали православных против западной набожности и благочестия. Их путь ознаменован был таким варварством, греки. Первые крестоносцы
-
какого никак не ожидали
это были люди, принадлежавшие к
низшему, грубому и испорченному классу общества. Конечно, гре кам, выносившим на своих плечах ВСЮ тяжесть этого похода, было не до вопроса: были ли это лучшие люди Запада или же подонки общества? В них видели они лишь злодеев, пришедших с Запада с
целями,
однако
же,
самыми
священными;
ненависть
с
этих
}~peCTOHocцeB переносилась на весь христианской Запад. От первых крестовых дружин подданные Греческой империи потерпели, по мнению историка крестовых походов Мишо, более, чем сами турки
от их первых подвигов. 1 Правда, дальнейшие дружины крестонос цев вели себя несравненно лучше своих предшественников, но уже
нельзя было истребить из умов православных людей предубеждений против латинян, представляемых первыми крестоносцами. С дру гой
стороны,
было
вождям
удержать
умеренности. результате
и
буйную
Возникало
выходило
позднейших
толпу
и
множество
то,
что
крестовых
самим
греки
мелких в
дружин
удержаться ссор
латинянах
в
нельзя
пределах
и стычеR, видели
и в
только
людей, преданных делам тьмы, богохульно прикрывающих знаме
нием Креста величайшие преступления. 2 Неудивительно после это го, если крестовые походы были в глазах греков величайшим злом, каким
только
когда-либо
заявили
себя
латиняне.
По
меткому
выражению одного нового греческого историка (Досифея Иеруса лимского), «крестовые походы были священной войной в том же СМысле, в каком проказа называется священной болезнью •. Греки ничего так этим,
по
не
желали,
имени
как
крестовым,
того, а
по
чтобы делу
скорее наступил
-
варварским
конец
походам.
Вскоре после того, как латиняне наводнили Восток, греки это свое желание, эти надежды облекли даже в форму религиозной легенды,
записанной одним историком, современником первых крестовых Походов. «При императоре Алексее Комнине в 1106 году явилась
на небе комета, идущая с запада к востоку, показывалась она в ПРОдолжение сорока суток и потом скрылась. Царь потребовал от одного из своих царедворцев (префекта Василия), считавшегося уМным, разъяснить, что значит появление и исчезновение этой
*
: Миша. История крестовых походов. Т. 1, с. 447. Перевод. - Праф. КаmанскuiJ.. История попыток ... с. 38-39. (3 * Префект - в XI-XV вв. административная и судебная должность в империи десь и далее - примечания научного редактора).
А. П. Лебедев кометы. Царедворец, по рассказу историка, находясь в недоумении,
испросил себе сроку на размышление и по дороге зашел в храм
Иоанна Богослова и молился. И когда напала на него дремота, то он
увидел
во
сне
святого,
одетого
в
священную
одежду,
и
на
предложенный вопрос о комете отвечавшего, что появление кометы
указывает на нападение латинян (кельтов) на Восток, а что она
пропала, это указывает, что латиняне будут истреблены».1 Очевид· но,
греки этого времени везде,
другое
указание
на
где ни
ненавистных
случится, видели
такое или
латинян.
Одним из очень крупных фактов, относящихся к эпохе первого столетия крестовых походов,
-
фактов, произведших сильное, не
изгладимое впечатление на греков, и подбавивших еще и еще не много
желчи
в ту чашу,
какую теперь пили греки от латинян,
-
это было плачевное событие разорения, опустошения и поругания латинскими выходцами с Запада главнейшего между греческими
городами
-
Фессалоники, считавшейся 4ВТОРЫМ оком империи».2
Случай этот был в
1185
году. При взятии Фессалоники латиняне
выразили в ужасных размерах ту ненависть, какою они были ис
полнены в отношении к грекам. Последние встретились здесь не с братьями во Христе, а с какими-то исчадиями преисподнеЙ. Лати няне смотрели на фессалоникийцев, как на людей, отверженных
Богом и осужденных от Него на наказание. Греческий историк Ни
кита Хониат представляет нам разительное описание злодейств ино земцев в Фессалонике. Послушаем, что говорит он: 4Не то изум ляет нас, что они грабили вещи, а то, что они повергали на землю
Св. иконы Христа и его угодников, попирали их ногами, и если находили на них какое-либо украшение, срывали его как попало, а самые иконы выносили на перекрестки для попрания прохожих
или же употребляли вместо топлива при варке пищи. Всего же не стерпимее и нечестивее то, что некоторые из них, вскакивая на Пре стол, плясали на нем, бесчинно прыгали, распевая какие-то вар
варские отвратительнейшие народные песни, и совершали срамное
на месте святе. Одним из вождей, сидя на коне, въехал в храм му ченика Димитрия. Миро, истекавшее из гроба этого мученика, лати няне черпали кувшинами и кастрюлями, вливали в рыбные жаров ни, смазывали миром сапоги и безо ВСЯкого уважения употребляли
на другие потребности,
ДЛЯ' которых обыкновенно употребляется
масло. Когда православные собирались в храм для богослужения, то грубые и наглые солдаты-латиняне не оставляли собравшихся в покое. Они приходили в храм в это время и, делая вид, что будто совершают молитву, бесчинно разговаривали между собой и безоб
разно кричали, насильственно хватали кого-либо из молящихся за горло, давили их и тем прерывали пение. Мало того: некоторые из
I
2
Аnnае Соmnеnае Alexiadis. Lib. ХН, рр. 892-893 Cantacuseni Нistor. Т. III, р. 613. Edit. Вопп.
(Migne. PG. Т. 131).
В.JС/яd }{иХ,
1/(/
(lз(/u.'1ны' Оlll1l0шения чеРК(JU Греческой и Латинской
13
показывая вид, что они подпевают, выкрикивали песни срам
вые или же лаяли по-собачьи.>. I Что же касается житейских отно шений победителей к побежденным, то историк Никита Хониат рас
сказывает такие вещи, что о них остается только умолчать. 2 Опи сывая
занятие
Фессалоники
латинянами,
много
самых
жестких
выражений, самых энергических восклицав ий расточает поражен ВЫЙ этим событием греческий историк и заключает свою речь зна менательными, полного глубокого убеждения и силы словами, впол ве выясняющими те отношения, в каких очутились латиняне и гре
ки к концу ХП в. Он говорит: (,Таким образом, между вими и нами утвердилась величайшая пропасть вражды; мы не можем соединить
ся душами, хотя и бываем во ввешних СвОШениях и часто живем
в одном и том же доме». Историк обзывает латинян «проклятыми».З Неизгладимо сильно было впечатлевие ва греков от занятия Фес салоники латинянами, позволявшими себе при этом неожиданное
варварство. Это впечатлевие, кроме греческого историка, прекрасно изображено тогдашним греческим писателем, митрополитом Евста фием Фассалоникийским, современником, описавшим это горестное
событие в сочинении (,О завоевании Фессалоники латинянами». 4 К тому, что нами сказано о завоевании Фессалоники, на освовании историка Никиты, можно прибавить еще следующие характеристи ческие черты, встречаемые у Евстафия: улицы покрылись трупами, которые все, благодаря хищничеству завоевателей, оставались в об
наженном состоянии. Мало того: латиняве позволили себе самое наг лое поругание над трупами побежденных греков. Человеческие тела умышлевно были расположены рядом с падшими ослами, убитыми
собаками и кошками, и притом им даны были такие позы, как будто они хотят обняться и удовлетворить чувственные похоти (сар.
98).
Трупы умерших долгое время оставались непогребенными, и когда 1
Никита Хоииат. Царствование Андроника Комнина. Кн. I, гл. 7 и 9.
Ibidem. гл. 9. Ibid .• гл. 8. • Eustathii Narratio de Thessalonica игЬе а Normannis capta. Это сочнненне сначала издано в XIX столетин Тафелем, и затем перепечатано в Патрологии Мнни (аг. вег. Т. 136). Тот же Тафель сделал немецкий перевод этого сочинения (снабдив его примечания:ми) в своей книге: Коmпепеп und Normannen (8. 73-202), Ulm, 1852. Произведение Евстафия, при нзданни его Тафелем, разделено на множество 8
Мелких глав, которые мы и будем цитировать в нашей дальнейшей речи. Нужно Сказать, что Никита Хониат несомненно имел под рукам н рассматриваемое произ веденне Евстафия при составлении своей Истории, как ЭТО доказано учеными (nроф.
УсneшжuU. Византийский писатель Никита Акоминат из Хон, с. 150-151. СПб., 1874; Tafel. КОШlJепеп, 8. 232-234), да и притом то же самое нетрудно заметить
При сличении известий Никиты с известиями Евстафия. (Так, вышеприведенные 1\3вестия Никиты о взятии Фессалоники латинянами, для указанной цели, лучше Всего сравнить со следующими главами: De Thessalonica игЬе 99, 101, 103, 109,
115, 121). Впрочем, нужно сказать, что у Никиты есть и такие сведения, каких
нет у Евстафия (так, его замечание о том низком употреблении, какое делали лаТИНяне из мира св. Димитрия, взяты Не из Евстафия).
А. П. Лебедев
14
завоевателей просили исполнить этот общечеловеческий долг, они с насмешкой отвечали: .Мы привыкли к этому; притом же такое зрелище и такой запах доставляют нам наслаждение •. Наконец, те ла погибших были сожжены, но вместе с трупами разных животных (сар.
107).
Греческие храмы не только не останавливали неистовства
победителей, но, кажется, еще более разжигали его. Многие из по
бежденных, ввиду тяжести бедствий, искали себе если не защиты,
то утешения в храмах, и возглашали: К"6рtЕ v..tч<JОV,* но латиняне врывались
в
храмы
и,
нимало
не
уважая
святости
места,
резали
богомольцев, приговаривая: .вот что это значит: К"6рtЕ О..ЕllООУ., и безумно хохотали при этом (сар. 99). Женщины и девы делались добычей скотской страсти солдат, причем цинизм не знал себе гра
ниц (ibid). Многие мужчины и женщины из числа фессалоникийцев, не имея сил перенести несчастье, бросались с крыш и разбивались или тонули в колодцах (сар. 104). Кто остался жив после завоевании города
латинянами,
для
тех началась ужасная жизнь:
носы у по
бежденных были или разбиты, или отрезаны победителями, так что приятель не мог узнать в лицо своего приятеля и должен был спра
шивать: да кто он? (сар.
111);
одежды почти ни у кого не было:
многие считали себи счастливыми, что имели обрывок рогожки, ко
торым могли прикрыть свои чресла (сар. 108); хлеба не было, и если грек обращался к латинянину с просьбой о хлебе, то получал в ответ название (jчёрта. и удары (сар. 113). Но взятие Фессалоники было не единственным случаем прояв ления неистовства латинян над греками. Что было при занятии латинянами Фессалоники, то же позднее повторилось при наше
ствии тех же латинян на Византию. Событие это, совершившееся в
начале
ХIП
в.
и
имевшее
печальное следствие для
столицы,
переполнило чашу страданий, какую пришлось выпить до дна грекам по вине своих западных братий по вере. Завоевание Кон стантинополя латинскими крестоносцами, обратившими свой меч вместо неверных на таких же христиан, как и они сами, произошло
в
1204
г., 13-го апреля. Нужно знать, с какой гордостью и восторгом
смотрели на свою столицу - Константинополь - греки, с ее свя щенными памятниками древности, с ее замечательнейшими про изведениими искусств, чтобы понять, какой непримиримой нена вистью должны были
дышать
они
на латинин
после указанного
события. Греки любили называть Византию (jобщей столицей всей
Вселенной и всеобщим пританеем •. 1 Но гордость греков
-
тий
не
только
завоеван
латинянами,
но
и
-
Визан
разграблен,
но
и
поруган; могли ли когда-либо греки простить это латинянам? Никита Хониат, современник и очевидец события, оставил нам
* I
Господи, помилуй (греч.).
Gregorae Byzant. Historia..
Т. П. р.
678. Edit.
Воnn.
t5
Взгляд на озаuмные отношения церкои Греческой и Латинской
как живое изображение той скорби, какой проникнут был каждый грек при виде несчастьи, так и описание самого неистовства латинин
в Византии. Никита пишет: .Вот разметаны по нечистым местам останки мучениковl О чем и слышать страшно, это самое можно
было видеть тогда: именно, как божественнаи Кровь и Тело Хрис тово повергались и про ли вались на землю. Расхищаи драгоценные сосуды, латинине одни из них разбивали, прича за пазуху бывшие на них украшении, а другие обращали дли обыкновенного упот реблении за своим столом, вместо корзинок дли хлеба и кубков дли вина,
как истинные предтечи антихриста., замечает историк
• ДрагоценныЙ разных
.
престол Софийского храма, состоищий из разнооб
веществ,
при
посредстве
огни
слитых
в
одно
прекрасное
целое, крестоносцы изрубили на части и разделили между собой.
Все украшении, золото, серебро, драгоценные камни были сорваны со своих мест. В храм вводили вьючных животных, на которых вывозились сокровища церковные, доводили их до самого алтари, и так как некоторые из них подскальзывались и не могли поднитьси на
ноги
по
гладкости
полировки
каменного
пола,
то
здесь
же
и
закалывали их кинжалами, осквернии таким образом их пометом и разлившеюси кровью свищенный церковный помост. Вот какм-то женщина,
-
продолжает живописать историк,
-
исполненнаи гре
хами, гудок неприличных, соблазнительных и срамных напевов,
уселась на патриаршем месте (сопрестолии), распевая свою виз гливую мелодию, а потом бросилась в пляску, быстро кружась и
потрясая ногами. 1 И не эти только беззакония совершались, а другие
нет,
-
преступления
или
с
эти
более,
а
другие
менее;
но
одинаковым рвением совершались
победителими) .• И вот мы видели,
-
всякого
всеми.
продолжает историк,
-
рода
(т.
е.
мно
го такого, что совершенно противоположно было тому, что у хрис
тиан называется благочестивым и сообразным со словом веры •. 2 Замечательно: в грабеже участвовали не одни солдаты, но и ду ховные лица из латинин. Константинополь издревле славился не
одним богатством, но и обилием свитынь. Императоры Греции ото всюду собирали сюда свищенные и досточтимые предметы хрис
тиаиской древности. 3 И вот, в то времи, как солдаты расхищали I
Один неизвестиый по имени греческий полемист
нянах, завоевателих Константинополя, следУющее:
XIII
века говорит о лати
.Одни из НИХ отдавали блуд
Ницам неприкосновеииые плащаницы (mvlЮvщ) Тела владычного, и иепотребная женщина засыпала на них •. Три статьи греческого nucameJIJI XIII 8 .• с. 85. См.
об э:rой книге несколько ниже.
Никита Хонuат. Царствование Алексея Марцуфла. Гл. 3-4. а Сами латиняне приходили в нзумленне от обилия святынь в Константинополе. Так, Виллардуэн, современник и очевидец, сознается: что касается святынь, то 2
.в одном этом городе ИХ столько, сколько в остальном мире •. Извлечение из со· ЧИнения его .0 завоевании Константинополя., у Стасюлевнча: .История средних веков •. Том ПI, с. 596. Изд. 2·е.
А.
16
11.
Ле6едеа
золото и серебро, и драгоценности, 1 латинские монахи и аббаты хищнически
устремились
на
драгоценные
сокровища
святынь
и
для достижения цели не пренебрегали никакими насильственными средствами. Один из таковых, парижский аббат Мартин Литц, получил известность своей наглостью в грабеже святынь, и однако же западными хронистами этот человек именуется за все это хотя
и хищником, но святым хищником
-
praedo sanctus. 2 Таким спо
собом многие из священных сокровищ Греческой церкви перешли на Запад; особенно обогатились ими церкви в Риме, Париже и
Венеции. З Что мог чувствовать, кроме крайней ненависти, народ греческий, видя все это? Общественное положение греков в Кон стантинополе доходит до невыносимой крайности. Никита Хониат замечает: (,Латинские солдаты не давали пощады никому и ничему; они не хотели иметь общения с покоренными даже в пище и со держании, держали себя в
сообщительно,
обращали
отношении к ним высокомерно и не
их
в
рабство
или выгоняли
из дому •.
Жены и монахини рассматривались грубыми завоевателями, как
естественная добыча для их чувственности. 4 Приведенный нами рассказ о завоевании Константинополя мог бы, пожалуй, подвер гаться
сомнению,
так
как
он
заимствуется
от
свидетеля
грека,
если бы сама современная Западная церковь со своей стороны не давала
нам
свидетельства,
что
рассказанное
греческим
писателем
не напраслина, не клевета на латинян. Папа Иннокентий
III писал на Восток к кардиналу Петру следующее письмо, направляя речь против крестоносцев, забывших свои обеты: «Вы дали обет упот ребить старания для освобождения Св. Земли из рук неверных, а вместо того безрассудно уклонились от чистоты вашего обета. Вы подняли оружие не против
неверных,
но
против христиан,
возже
лали не возвращения Св. Земли, но обладания Константинополем,
I
Тот же Виллардуэн свидетельствует, что говоря .по совести и по истине, в
течение
многих веков никогда не сколько нашли в Константинополе: Ibld., с. 600.
находили
• золота,
столько добычи в одном городе., серебра, драгоценных камней. и пр.
~ Медовиков. Латинские императоры в Константинополе, с. 20. М., 1849.Сам тогдашний папа Иннокентий осуждал свое духовенство за то, что оно выражало необыкновенную страсть к наживе при разорении Константинополя. Когда папский легат, кардинал Петр, без позволен'ия папы переплыл из Иерусалима в Констан тинополь. чтобы участвовать здесь при разделе добычи, папа сильно обличает его за его ненасытное корыстолюбие и забвение своих духовных обязанностей. Innocentii epistola Petro legato. Migne. PL. Т. 215, рр. 699-700.
3 П. А. Смирнов. Состояние Церкви В империи Греческой во латинян в Константинополе. Прибввл. к Твор. Св. отцов. XVI,
время владычества
555.
С вопросом о
бедствиях Константинопольской церкви во время господства латинян можно по знакомиться также по сочинению 3евкевича: .Состояние церкви в ХIII в., Душеполезное Чтение, 1875. Т. 11 и 111.
,
Константинопольской
Никита Хониат. О событиях по завоевании Константинополя, гл.
ложение к его Истории (Русск.
пер.)
2. При
В1l.1яd /Ш (JЗ(lU.IIНЫ(' ОlllноюеllllЯ l!epKOU Греческой 11 ЛатllНСКОЙ
17
предпочитая земные богатства небесным благам. А хуже всего то, что
некоторые
из
вас
не
пощадили
ни
религии,
ни
возраста,
ни
пола, но, совершая в глазах всех блудодеяния и прелюбодеяния, предавали насилию не только простых жен, но и дев, посвятивших
себя Богу. Недостаточно вам было императорских сокровищ и иму щества
людей
знатных
и
простых,
вы
простерли
богатства церковные и, что всего преступнее,
-
свои
руки
на
на предметы свя
щенные, ибо вы похищали священные одежды и уносили иконы,
кресты и мощи, так что Греческая церковь при всех своих страда ниях
не пожелает возвратиться
в латинянах
пагубные
к апостольскому престолу и,
примеры и дела тьмы,
видя
по справедливости
возненавидит их более, чем псов».l Иннокентий, как видим, в описании разграбления Константинополя латинянами почти бук вально повторяет свидетельство Никиты Хониата о том же событии и тем подтверждает,
торика.
вне всякого сомнения, рассказ греческого ис
Папа не ошибался,
когда говорил,
что за эти поступки
греки возненавидят латинян, как псов. Греки глубоко были возму щены насилиями и неуважением к их религиозным убеждениям
со стороны латинян! И в самом деле, как было не возмущаться? По мнению одного новейшего историка, «это завоевание Констан тинополя
латинянами
вело
за
положении греческого народа,
собою
величайшие
изменения
как никакое другое событие.
в
Гос
подство римского права и гражданских учреждений теперь подо
рвано на Востоке, и отсюда-то, по нему, должно про изводить все позднейшие печальные и неблагоприятные явления в отношении
византийского царства, православной Церкви и греческой нации».2 Видя
странное поведение своих западных собратий во Христе, Никита Хониат восклицал, обращая внимание своих современников на
события
в
Константинополе:
смотрите,
таковы-то
латиняне,
«этот народ, который считает себя более благочестивым и правед ным, более точным блюстителем Христовых заповедей, чем греки; вот эти ревнители, поднявшие на рамена свой Крест; они,
чает Хониат,
-
заме
-
оказались полнейшими лицемерами».3 Без сомне
ния, под влиянием сознания тяжести бедствий, каким подвергли
латиняне
византийцев,
под предлогом освобождения
Св.
Земли,
ЭТот историк прямо и решительно заявляет: «Непомерная ненависть
к нам латинян и крайнее несогласие наше с ними не допускают
между нами ни на одну минуту мысли о дружелюбии».4 От латинян Греки стали ожидать
только одного худого и притом в высшей
Степени: «Какого самого ужасного зла не сделают люди,
Т
I
-
говорит
InnocentjJ epJStola Petгo. Mlgne. PL. Т. 215, рр. 700-701.
Finlay. Dle Geschichte Grlechelands (1204-1461), S. 95. Ubersetzt уоп Reichillg. uыпеп,' 1853. 2
з НllIшmц ХОllиаm. История. Царствование Алексея Марцуфла, гл. 4. , Iы1.,' гл. 2.
А
18 Никита о латинянах,
-
П
Лебедев
которые собрали в своем сердце такую зло
бу к грекам, какой никогда не имел сам древний змей, враг рода человеческого?1 После этого можно ли было ожидать, чтобы разъ единение Церкви христианской, совершившееся в ХI в., пришло снова
к
целостности,
уврачевалось
в
века,
последующие
печальным событием? И не греки тому виною! Лишь только совершился факт завоевания латинянами,
как
начался
ряд
мер,
за
этим
Константинополя
направленных
к
стеснению
и
подавлению православной веры и Церкви; и это продолжалось во все более чем пятидесятилетнее правление латинских императоров
в Константинополе. исполнял
пустую
Оказалось,
что сам папа Иннокентий лишь
формальность,
когда
порицал
крестоносцев
за
взятие Византии; в душе же он был рад такому событию и вос хищался
возможностью
важных
религиозных
последствий.
Эти
свои задушевные мысли Иннокентий выразил в письме на имя епископов и аббатов, бывших в среде крестоносцев в Константи нополе. Папа патетически писал: .В Писании сказано, Бог преме няет времена и поставляет царства; в наше время, к нашей радости, это, видимо, исполняется на царстве тийскую империю от гордых
-
послушным, от отделившихся
греков
rpeqeCKOM.
Во!' передал Визан
смиренным, от неповинующихся
-
верным сынам Церкви,
т.
е.
от
латинянам •. 2 В другом письме на Восток папа выражает
-
надежду, что с завоеванием Константинополя обратятся к римской
вере не только византийцы, но и Иерусалим с Александрийской
церковью. 3 С этой целью Иннокентий делает распоряжения, кото рые грозили опасностью и вере, и церкви Греческой. Еще в том же году, когда совершилось занятие Константинополя западными,
папа предписывал
поставить в
Константинополе
священников
и
клириков для исполнения латинского богослужения; при этом папа
внушительно замечал, что было бы достойно порицания оставаться без богослужения по римскому обряду там, где, быть может, ла
тинскому народу навсе!'да суждено оставаться властителем. 4 Под влиянием
таких
идей,
латинский
патриарх
в
Константинополе,
которого поспешили поставить западные, приходит скоро к вопросу:
уж
не
следует
ли
насильственно
обратить
греков
к
латинству?
С этим вопросом патриарх адресуется к Иннокентию. На первый раз
папа
всяком
отвечает
случае
с
на
этот
явным
вопрос
не
наклонением
совсем в
определенно,
пользу
но
во
положительного
решения предложенного ему вопроса. Иннокентий писал патриарху:
«Если греки не могут быть отклонены тобой от их богослужения 1 Ibld Царствование Андроника Комнина. Кн. 1, ГЛ. 8. - Innocelltll eplstola eplscoplS, abbatlbus ш exercltu cruceSlgnatorum apud Сопstапtшороllm eXlstentlbus. M~gne PL. Т. 215, р. 456. , Innocentll eplstola Ibld, р. 514. , lnnocentll eplstola .. Ibld., р. 471.
ВЗ2ляd 110 (Jзаu 'l1Iые 01ll1lOшеНllЯ l{epKOU Греческой II Ла7111IНСКОЙ
19
и от их совершения таинств, то оставь им и то и другое,
-
по зрелом размышлении
дела что
не
положу относительно
этого
пока я
либо другое».1 Этого зрелого размышления недолго ждали греки со стороны папы. В
1213
г. возгорелось сильное гонение на гре
ческИХ христиан со стороны латинян. Это гонение получило осо
бенНУЮ напряженность по прибытии в Константинополь папского легата Пелагия (кардинала, епископа Альбанского), поразившего грекоВ как своею надменностью, так и пышностью свиты, бли ставшей
туземцев, наЧал
пурпуровым
цветом
одежды,
на
который,
по
понятию
имели исключительное право только императоры.
свою
деятельность
угрозами
и
преследованием
всех,
Он
отк а
завшихся повиноваться уставам Римской церкви; запретил гречес кое богослужение, ввергнул в темницу православных священников
и монахов, грозя упорным даже смертной казнью. Многие из них искали спасения в бегстве, между тем как знатнейшие византийцы,
встревоженные жестокими мерами, требовали от тогдашнего ла тинского императора в Константинополе Генриха (Эрика по гре ческому произношению) отвращения гонения. Они прямо говорили императору:
«Мы признаем твою власть,
но во внешних только
делах, а не в духовных и делах совести. Мы не можем отказаться от своих обрядов и от того, что считаем священным для себя~.
Опасаясь возмущения в самых стенах столицы, император Генрих велел отпереть греческие церкви и освободить из темницы монахов
и священников, пострадавших за приверженность к православию. 2 Но конечно, эта мера не изгладила того тяжелого, мучительного впечатления, какое должны были производить и производили на греков
самоуправство
и
нетерпимость
латинян.
В таких-то чертах изображается историками отношение латинян к грекам в ХН и ХН! вв. Что, расположения,
могли
в
себе
кроме чувства глубочайшего не
воспитывать
греки
в
отношении
к
западным христианам? Рознь, которая все более и более устанав ливалась
между
двумя
христианскими
народами,
делалась
еще
резче, решительнее, когда и греки, со своей стороны, в рассмат Риваемое время не упускали также случая вредить латинянам на
востоке. Они пользовались представлявшимся случаем, чтобы на заносчивость и грубость латинян отвечать причинением им непри
ЯТНостей. Их терпение, в особенности с течением времени, исто
щалось, и жестокость являлась возмездием этому народу за его деяния. Если прочтем у Никиты Хониата рассказ об отношении греков при императоре Мануиле к армии одного вождя крестонос
цев, Конрада
III,
то увидим, что еще до разграбления Константи-
1 Innocentll eplstola СопstапtlПороlltапо patrlarchae (конечно латинскому), Ibl d.; р. 965 Георгии АlCроnолит. Летопись, гл. 17. Русский перевод СПб., 1863
А
}О
нополя
чища
греки
П
подозрительно
латинян,
пугавшие
и
Ле6С'оев недружественно
первых
своими
смотрели
на
передвижениями
пол
через
области восточной империи. Жители греческих городов затворяли ворота, когда приближались к ним крестоносцы; продажу съестных припасов вели особым образом: греки спускали веревки со стены и требовали, чтобы крестоносцы привязывали к ним монеты, сле дующие
за
продаваемые
вещи,
а
затем
уже
спускали
на
тех
же
веревках хлеб и прочие съестные припасы, причем продавцы не
только обвешивали и обмеривали покупателей, но даже и вовсе ничего
не
давали,
получив
деньги
вперед,
или
же
примешивали
к проданной муке известь, вредную для здоровья. Сам император не
оставался
в
стороне
от
этих
действий.
Он
или
приказывал
делать тайные засады против проходивших войск, или же подго
варивал турок напасть врасплох на крестоносцев. 1 Так относились греки к крестоносцам,
временным гостям своих стран, так же или
даже хуже относились они к
в Византийской империи.
латинянам,
еще ранее того
осевшим
Достоин исторического внимания сле
дующий случай взрыва народного негодования со стороны греков
против латинян во второй половине ХП в. На престол византийский вступает Андроник
1,
имевший повод к неудовольствию на латинян.
Этого было достаточно для византийцев, чтобы про извести избиение
латинян в Константинополе. По словам Никиты Хониата, ~жители Византии поднялись против латинян, согласившись между собой на дружное нападение,
началась битва на суше и море. Латиняне
-
бросились спасать себя, кто как мог, оставив на произвол грабителей
свои дома, полные богатства. Одни из них рассеялись по городу, другие
укрылись
в
знатных
домах,
иные
искали
спасения
на
ко
раблях единоплеменников. А кто был пойман, те все были осуждены
на смерть и все без исключения лишились имущества •. 2 Западный историк того времени Вильгельм Тирский передает рассказы об ужасных вещах,
~Целая
часть
случившихся в это восстание греков на латинян.
города,
населенная латинянами,
-
говорит
он,
была выжжена. Также церкви, в которых многие из них искали себе убежища, были преданы огню. В латинском госпитале больные
были сброшены со своих кроватей. Даже кости умерших латинян были вырыты из могил и влачимы по улицам и переулкам. Папский легат, кардинал Иоанн, был обезглавлен, и голова его была при вязана к хвосту собаки, которая и разгуливала по городу. Греческие
священники
при
этом
и
самое
монахи,
-
по
деятельное
словам
участие.
Вильгельма,
Они
-
показывали
награждали деньгами
убийц, ходили по домам и отыскивали скрывшихся в них латинян и отдавали их палачаМ.
I
Более
4000
латинян, в качестве рабов,
Никита ХОllиат История Царствование Мануила. Кн. 1, гл. 5-6. Никита ХОllиат. История. Царствование Алексея. сына Мануилова, гл
11
ВЗllяа на (JзаИ\lНЫС отношения церкои Греч('(,кой и Латинской
21
было продано туркам и другим варварам. Латиняне, со своей сто роны, убегая на кораблях из Константинополя, грабили Bceu гре ческие
города,
какие
только
встречались
на
пути,
а
жителеи
из
бивали мечом».1 Вот те факты глубокой национальной вражды, в каких в ХН и ХН! вв. выражалось взаимное нерасположение латинян и греков.
Эти факты имели место собственно в политических и общественных отношениях двух ственно
в
то
же
христианских время
народов,
полагали
новые
но они
совершенно есте
неодолимые
препятствия
к братолюбивому сближению Востока с Западом и в области ре лигиозной. Заклятые враги в жизни не могли быть друзьями по
убеждениям. Латиняне видели в греках людей негодных во всех отношениях и, следовательно, низко ценили и религиозные обряды, и убеждения их; в свою очередь, греки видели в латинянах варваров во
всех
отношениях,
не
исключая
религии.
Теперь. в каких церковно-исторических фактах выражалась все
более и более возраставшая неприязнь Латинской церкви к Гре ческой и наоборот в рассматриваемое время
-
неприязнь, которая
и до этого времени была сильна, а вследствие рассказанных нами
обстоятельств еще удесятерилась? Уже при самом начале крестовых ПОХОДОВ находим, что рели гиозная рознь между латинянами и греками была глубока и ре
шительна.
Один из первых
вождю (Боэмунд
-
вождей крестоносцев писал другому
Готфриду):
«Знай, мой возлюбленный, что ты
имеешь дело с самыми опасными зверями и с самыми недостойными людьми,
-
так
назвал
он
греков.
-
Все
их
помыслы
обращены
лишь к тому, чтобы погубить весь народ латинский. Я знаю злобу и непримиримую ненависть греков к латинянам». В ответ на это письмо было получено уведомление такого рода:
«Обо всем этом
я знал и раньше на основании общественных толков,
а теперь в
этом же убедился самым делом». Следовательно, со слепою нена вистью
к
грекам
латиняне
и
приходили
с
Запада
на
Восток.
Неудивительно после этого, если латинские хронисты с постыдным равнодушием
ГОродов,
с
рассказывают
их,
как
они
о
сожжении
называли,
латинянами
еретическими
греческих
жителями. 2
СО своей стороны, греки считали и называли латинян прямыми ереТиками и отступниками от Церкви.
История взаимных отношений церкви Римской и Византийской в дальнейшие времена ясно указывает, что подобные неприязнен выe Чувства двух родственных по духу веры Церквей не только
I
Guzllelтus (Wzllb), Tyrenszs arc/zzep. Hlstorla гегит ш partlbus tгапsтаГШlS
gest~uт, Ilb ХХII, сар. 12-13 (Mzgne. PL. Т. 201, рр. 859-861). d GUlllelтus Туг. Нlstoпа, Ilb. П, сар. 10. Ibld., р. 260; cf. Pzchler. Geschlchte ег KlrchIlCh Trennung. В. 1, S. 282.
А. П. л е6едеа
не ослабевали, но и сильно возросли. Римские первосвященники не упускали никакого случая выразить свое пренебрежение, свое презрение, свое горделивое и враждебное отношение к церкви Греческой. В этом смысле чрезвычайно любопытно послание папы
Адриана IV от середины ХП в., которое этот отсылает к Фессало никийскому архиепископу Василию. Здесь папа сравнивает себя с Сыном Божиим, благоволившим снизойти от неба на землю, а греков уподобляет евангельской потерянной драхме, заблудшей овце,
сравнивает
со
смердящим Лазарем,
которого
он,
папа,
по
своему милосердию хочет воскресить.) Само по себе понятно, что такой тон в высшей степени должен был оскорблять религиозное чувство
греков.
В
таких
же
оскорбительных
для
православного
чувства грека чертах позволяет себе описывать Восточную церковь и знаменитый папа Иннокентий IП в конце ХН в. Этот папа, в письме к греческому императору Алексею
представляет Гре
111,
ческую церковь глубоко падшей и нераскаянной грешницей. 2 Еще с
большей
горделивостью
стал
относиться к
той
же
Греческой
церкви Иннокентий по завоевании латинянами Константинополя. Он называет ее в послании к латинскому духовенству на Востоке Самарией, отступившей от Иерусалима, Даном и Вефилем, чуж
дающимися Сиона. 3 В том же послании к тому же духовенству папа, и
рассматривая апостольскую деятельность Петра и Иоанна,
унижая
деятельность
второго
перед
деятельностью
первого,
ко
нечно, с целью представить Римскую церковь, основанную Петром, выше,
чем
церкви
Азийские,
основанные
ап.
Иоанном,
писал:
«Петр основал одну только Церковь, но зато ведь это глава всех Церквей, а Иоанн основал многие Церкви в Азии, как бы многие члены
единой
главы.
Господа Петру и
Мария
Иоанну,
Магдалина возвестила воскресение
но этот,
т.
е.
Иоанн,
хотя
и пришел
прежде ко гробу (Христа), но только посмотрел, а не вошел в него:
подобным
образом
и
греческий
народ,
хотя
принял
проповедь
Евангелия ранее, чем народ латинский, но он не усвоил ее, потому что
учителя
греческие
ни
прежде,
ни
теперь
не
достигли
полного
понимания Ветхого и Нового Завета, не постигли глубоких тайн Божества; исключение представляли разве очень немногие лица в Греции, между тем как латинский народ,
-
самохвальствует па
па,- проник до внутреннейших и глубочайших тайн» (по аналогии
с Петром, который вошел во внутренность гроба Христова). себе
в осуждение,
а именно-де имея в виду греков,
Иоанн говорит, что он народ есть,
-
(?!)
еще не знал Пuсанuя
в духе самомнения писал папа,
-
(20, 9).
«Не
евангелист Латинский
образ самого Хрис-
1 Mansi. Consilia. Т. XXI. р. 797 (Pichler. В. 1. s. 290). , Innocentii epistola Constantinopolitano imperatori. Migne. PL. Т. 214, р. 327 . .1 Innocentii epistola episcopis. abbatibus in exeгcitu crucesignatorum apud Constantinopolim existentibus. Migne. PL. Т. 215, р. 456.
Взгляд на азаuлны(' отношения l~epKaи ГР(,'1еской u ЛатzlНСКОЙ
23
та Господа неба и земли, а Греческая церковь есть образ Св. Духа; 11
'как Дух Святый исходит от Сына, так и Греческая церковь
должна поучаться от ЛатинскоЙ •. \ Латиняне готовы были считать Греческую
церковь
даже
каким-то
царством
сатаны,
разрушить
которое есть священное назначение западных. Первый латинский IIмператор в Константинополе Балдуин писал папе в 1204 Г.: .Мы наперед убеждены,
еСТЬ дело
Божие,
что все,
все
же,
что мы ни сделаем с греками
что
по своей коварности
-
это
предпримут
греки, нужно считать делами диавола (daemonum opera)>>. Затем, выставив пункты разногласий греков с латинянами, как величай шие преступления восточного христианского народа, Балдуин за мечал: .Эти преступления переполнили всякую меру, и Бог соде даЛся отмстителем для греков; а служителями Божеского мщения
сделались мы, будучи призваны изrнать врагов Божиих из земли,
которая от них отъемлется и передается нам». 2 При такой рели гиозной ненависти к грекам латиняне не хотели иметь никакого
общения с первыми в общественном богослужении. Присутствова ние латинян при богослужении вместе с греками представлял ось
делом соблазнительным. Лица, славившиеся ученостью между ла тинянами, рассуждали так: неприлично латинянам (франкам) вхо
дить в богослужебное общение с греками, отлученными от Церкви. 3 Такое
частью
притязательное,
частью
презрительное,
частью
горделивое, частью враждебное отношение церкви Римской к церк ви Восточной вело за собой, как естественное следствие, то именно, что приверженцы Восточной церкви не оставались безответны при виде такого глумления над ними. Приверженцы Греческой церкви
со всей ревностью доказывали полные права их Церкви на уважение и почтение в
мире
христианском;
иногда при
этом
они
заходили
так далеко, что без должных оснований унижали церковь Римскую и
весьма
церковь
нередко
Латинская
за
к
явное
нерасположение,
Греческой,
платила
ей
какое
той
выказывала
же
монетой.
Приведём несколько фактов. Порфирородный историк Анна Ком НИна, писавшая свою историю в ХН в., конечно, руководясь той рознью, которая установилась между церквами Греческой и Ла
ТИНской,
вводит в свою историю рассуждения, в которых выра
Жается желание принизить столь высоко поднявшийся тогда ав ТОРИтет папы и перенести на лицо и власть Константинопольского
патриарха то, что самоуверенно присваивали себе папы. Вот эти рассуждения историка: .Латиняне думают и говорят, что римский
первосвященник есть глава и владыка всей Вселенной; это не более
Ibidem, рр. 457-459. Epistola Balduini imperatoris ad рараm. Помещено между письмами Пнно I(евтил. Migne. Ibid. Т. 215, рр. 447, 452. 3 Ptchler. В. 1, S. 289. Anmerk. (на основании одной дРевнефранцузской хро. 1
2
IIIII(И).
А.
11
П. Ле6еО('(J
------~-------------------------------------------------
как выражение их высокомерия. Знайте, что когда царский пре стол, сенат и все государственные учреждения перенесены были из
Рима в Константинополь, сюда также перенесено было и иерар хическое преимущество. С того времени было предоставлено пер венство кафедре Константинопольской, а особенно Халкидонский собор (разумеется 28-е правило) возвысил эту кафедру на первую
степень, подчинив ей диоцезы во всей земле».l Т. е. Комнина хочет сказать, что, несмотря на все папские происки, Константинополь ский
патриарх
в
глазах
Греции остается не только выше
всех
патриарших кафедр Востока, но и выше «апостольского» папского престола. Мысль притязательная,
распри
но она возникла под влиянием
между церковью Греческой и Латинской.
историка мы
встречаем часто
Это воззрение
повторяющимся у разных
греческих
церковных писателей изучаемого периода. Так поступает в середине
ХН в. греческий писатель Нил Доксопатр. ОН развивает мысль, что с тех пор, как Рим отпал от Восточной империи, этот последний перестал быть столицей и вместе с тем первенствующей кафедрой в
христианском
управляется
мире.
пятью
Доксопатр
чувствами,
и
говорит:
если
хоть
«Каждое одного
из
живое этих
тело
чувств
недостает, то организм чужд совершенства; так и церковь Христова, образуя из себя единое тело Его, управляется пятью патриархами, как бы пятью чувствами. Поэтому, так как для Церкви необходимы
были пять патриархов, то Второй Вселенский собор в присутствии
*
четырех (?) патриархов определил, чтобы Константинополь имел равные права с древним Римом.). Затем, приводя 28-е правило Халкидонского собора, которое усиливает предыдущее узаконение Второго Вселенского собора,
Доксопатр замечает:
этим правилом опровергается
нелепое утверждение тех,
«Видишь,
как
кто наста
ивает на мысли, что Рим ради апостола Петра получил свое пре
имущество. вывалось
на
Здесь ясно говорится, что преимущество Рима осно том,
что
этот
город
был
императорской
столицей.
И конечно, после того, как Рим перестал быть столицей, он вместе с лишением
императорского
престола
лишился
и
привилегий,
с
этим престолом соединенных». Заключение Доксопатра: Констан тинополь теперь стал тем, чем раньше был Рим в иерархическом
отношении. 2 Немного позднее Доксопатра Василий, архиепископ Фессалоникийский, с целью уколоть папу, доказывал, что суще ствует два высших первосвященника в христианском мире,
-
это
папа Римский на Западе и Константинопольский патриарх (тоже
] Анна Комнина. Сказание о делах царя Ал:ексея Комнина. Кн. 1, ГЛ. 13, с. 60. 1 (Спб., 1859). Содержанир же 2-го тома мы будем цитировать по
Перевод. Том
изданию Миня. 2
*
Picbler. Ibld.
В.
1, S. 268.
Окончательно система пяти патриаршеств БЪ1.ла установлt'на на Халкидонском Вселенском соборе в 451 г.
Взгляд на взаимные отношения церкви Греческой и Латинской
25
своего рода папа, по мысли Василия, на Востоке).! 3наменитый греческий канонист Вальсамон не без явного намерения принизить достоинство Римской церкви в сравнении с Константинопольской, следуЮЩИМ образом высказывается о значении Римской церкви в христианском мире. «Пять патриарших кафедр остаются И до днесь в почитании, как верховные главы Церкви во всей земле; и само вольное исключение себя папою древнего Рима из числа патриархов не испразднило подобного канонического порядка». Тем не менее, по рассуждению Вальсамона, Рим теперь занимает не первое место в ряду патриарших кафедр; это первенство принадлежит Констан
тинопольскому пользуется
этот
патриарху. канонист
Приводим для
доказательство,
подтверждения
своего
которым
воззрения;
наперед должны сказать, что аргумент Вальсамона очень искусствен и странен. Вальсамон рассуждает так: верховная власть Церкви, патриархи, называются греческим словом Kapat (множественное число от слова кара - голова). В этом слове Kapat Константино поль обозначается первой буквой (каппа), а Рим - третьей (р). Отсюда Вальсамон заключает, что Рим уступил теперь иерархи
ческое первенство Константинополю,
заняв третье место в ряду патриарших кафедр. Прочие буквы в слове Kapat канонист считает инициалами названий прочих патриарших кафедр, причем он за мечает, что патриархи Александрии и Антиохии не спорят о том, кому из них принадлежит первая и кому вторая из
имеющихся в слове
Kapat,
двух альф,
так как, по словам Вальсамона, как
пять чувств у человека мирно
уживаются в
совместности,
так нет
никакого спора о ранге и между патриархами. В заключение своих рассуждений Вальсамон дает понять, что хотя римскую кафедру он
и
не
выделяет
из
ряда
прочих,
но
тем
не
менее
смотрит
на
нее как на уклонившуюся с правого пути. Эту мысль Вальсамон
выражает в следующих словах: (СКак какое-нибудь ползущее рас тение, например плющ, обвивается вокруг древесного ствола, так и я крепко держусь за Римского папу, и надрывается мое сердце
об отпадении его, страстно ожидая дня его обращениЯl~. 2 Из этих рассуждений Вальсамона видно, что в ХН в. вопрос О разделении
Церквей понимали как-то странно: папа в одно и то же время занимал определенное
место в
ряду прочих патриархов,
на него
смотрели как на одну из глав Церкви и в то же время выражали
СОжаление об его отпадении от общего союза с Церковью. Во всяком случае этот канонист , желая принизить авторитет Римской церкви или точнее - ее первосвященника, отводит ему совершенно незаконно третье место в ряду патриархов: каноническое право I Mansi. Consi\la. Т. XXI, р. 801 (Pichler. Ibid. S. 290). : ВщаЩНiJV МЕЛЕ-n' XaplV trov ItatptaPX\l(iiJV 1tpovo~irov. Rahlly et Potly. Syntagma
nonum.
C8.
Т. IV, рр. 543-544, 547. Athenae, 1854.
А. п. Лебедев
26
требовало или признать папу первым патриархом, или
-
как скоро
считают его отделившимся от Церкви - не признавать его совсем патриархом Вселенской Церкви. Одно ясно видно в суждениях
Вальсамона: на притязания, какие позволял себе Рим в отношении к церкви Константинопольской, восточный писатель хочет отвечать тем же епископу Римскому. Еще сильнее и решительнее делает нападение на Римскую церковь в лице ее первосвященника ви зантийский патриарх того же ХН в. Михаил Анхиал. Этот патри арх - позволим себе выразиться так - хочет втоптать в грязь цер ковное значение Римской кафедры; он вполне отрицает у нее такое значение. Именно он доказывал императору Мануилу Комнину, что папа потерял свое епископское достоинство, что он стал теперь
мирянином и сам нуждается в благодатном освящении от других (посредством другим,
что
таинств), он
не
что
может
он не
может
рукополагать
во
преподавать освящение священники,
диаконы,
возводить на высшие степени иерархические и быть судьей свя
щенников. При этом Анхиал прибавляет: ставленные
папой,
имеют
право
4Что
священники, по
разрешать грехи,
я считаю
это
мнение по крайней мере за величайшую нелепость. Отсюда сле дует,
-
по
словам
этого
восточного
патриарха,
-
что
Римский
епископ не пастырь, но овца, и притом паршивая овца (1tpo~a'tov
'l'roptrov),
которая нуждается в излечении, овца, во многом худшая
всех прочих, остающихся здоровыми, овец стада Христова!). 1 За мечательные черты, в которых выражается степень нерасположения
греков к Латинской церкви, можно находить также в одном ано
нимном фрагменте, относящемся к ХН в., с таким заглавием: 4К тем, кто утверждает, что Рим есть первая кафедра •. Здесь у неизвестного
автора
встречаем
такие
рассуждения:
если
папскую
власть производить от апостола Петра, бывшего епископом Рим ским, то с этой точки зрения Антиохия будет выше Рима, ибо
Петр сначала епископствовал в Антиохии, а потом уже в Риме. Если латиняне скажут, что Рим потому получил первенство, что
здесь умер мученически Петр, то Иерусалим выше Рима, ибо здесь пострадал сам Господь. И во всяком случае Византия выше Рима,
потому что здесь епископствовал старший брат Петра Андрей,2 первозванный апостол,
епископствовал раньше, чем Петр отпра
вился в Рим. Происхождение папской власти автор производит от
языческого императора III в. Аврелиана, который поручил Рим скому епископу решить спор из-за обладания Антиохийской цер ковью между еретиком Павлом Самосатским, лишенным епископ-
s.
I
Свидетельство патриарха Михаила сохранилось у Льва Аллиции:
Ptchler,
270-271.
2 Конечно, недостовервое предание. См. статью проф. и. и. Малышевского: .Спутники и ученики св. Андрея.. Труды Киевской Духовной Академии, 1889, декабрь, с. 564.
Вз/ляд на (JзazUlНbl(' 011ШОllШНИЯ церкви Греческой и Латинской
27
сКОЙ кафедры, но не оставлявшим ее, и Домном, по соборному оп ределениЮ назначенным в епископа Антиохии вместо ~авла .• От сюда мы видим,
-
заявляет автор,
-
что никто другои, а именно
языческиЙ император дарствовал первенство епископу своей сто
ЛИЦЫ и поставил его тираном над всеми •. 1 РассМОТРИМ теперь другие факты, из которых видно, как далеко
простиралось нерасположение приверженцев церкви Восточной и церкви Латинской в изучаемое нами время. Отчуждение Восточной церкВИ от церкви Западной между прочим начало выражаться в том, что восточные христиане стали устранять латинских христиан
от своего богослужения. Феодор Вальсамон на вопрос Марка, пат риарха Александрийского, можно ли латинянам дозволять присут
ствовать при греческом богослужении и причащаться Св. Даров, отвечал отрицательно, ссылаясь на евангельское изречение: .Кто
ие со Мною, тот против Меня» (Мф.,
12, 30).2 С другой стороны,
патриарх Константинопольский Герман Н (ХН! в.) считал достой ными
отлучения
греческих
же
тех
греков,
священников,
которые но
примут
изъявивших
просфору
покорность
из
рук
папе
во
время обладания латинян Константинополем. 3 Вообще, касательно отношений греков к латинянам можно было встретить такие рас суждения: (,Так как Римская церковь уже давно отпала от общения с четырьмя святейшими патриархами и уклонилась к учению и
обычаям, далеким от православной Церкви, то латиняне не могут принимать Святых Тайн от греческих священников, если наперед
не обещаются отказаться от латинских догматов и обрядов •. 4 Один западный
хронист
-
Одон
-
упоминает,
что
в
рассматриваемое
время греки омывали те алтари, на которых совершали богослу жение латиняне; он уверяет, что греки уже перекрещивали латинян
(в случае переход а в Греческую церковь).5 Канонист Вальсамон заПрещает отдавать
непозволительным, у православных,
гречанок
в замужество за латинян и считает
чтобы латиняне были восприемниками детей
уравнивая в настоящем случае латинян с моно
физитами (армянами), монофелитами и несторианами. 6 Если верить латинским писателям, которые жили в это именно время, то уже 1 Фрагмент находится в Синопсисе Алексея Аристина (ок. 1150 г.). Pichler, S. 274-275. Точный рассказ об отношении Аврелиана к папе см. в Церковной Истории Евсевия, УН, 30 ad fш. 2 Balsamon. Quaest. 16 ad Магс. part. Alехапdг. Rhally et Potly. Syntagma . Т . lV, 460. • Allatii De libris ecclesiastlcis graecis, р. 182 (Игумена Арсения об отношениях цеРквей Латинской и Греческой в период крестовых походов: ЖМНП, 1867. Т. 133, с. 520. : Balsamon . Quaest. 16 ad Магс. Alexandr.: Rhally. Synt., IV, 460. 6 Pichler. В. 1, S. 288 Anmerk. R Правила с толкованиями (изд. Общ. Любит. Дух. Просвещ.), с. 368 (толкование та пр. Халкидонского собора); Quaest. 35 ad Marc. Alexandr.: Rhally. Synt. . ,р. 476.
Ji.e
А
28
П. Лебедев
в ХН в. антипатия греков к латинянам доходит до решительной вражды первых к последним. Епископ Мюнстерекий, в качестве посла от императора Фридриха 1 прибывший в Константинополь к императору Исааку Ангелу, извещал Фридриха, что византийский патриарх Никита Мунтан в Софийской церкви, в присутствии его, епископа
Мюнстерекого,
своей проповеди: то
и
других
послов,
следующее говорил
в
«Если грек убьет сотню латинских пилигримов,
получит отпущение своего греха,
хотя бы он в то же время
запятнал себя убийством десяти греков». I Рассказ о такой пропо веди, нужно сказать, представляется невероятным,2 но он все-таки очень
характеристичен.
К нашему утешению, нужно сказать, что во всех приведенных фактах религиозного нерасположения
греков к
жается не какой-нибудь слепой фанатизм,
латинянам выра
но глубочайшая при
верженность к вере их отцов, к вере греческой. Нет спору, у ви зантийцев было много недостатков в религиозном отношении, но с другой стороны должно признать:
не было в то время народа,
привязанного столь тесными узами к своей религии, к своей Церк
ви, как именно византийцы. Эта-то ревность к своей вере и Церкви и руководила ими, когда они чуждались латинян и обнаруживали
к
ним
враждебные
чувства.
О
такой
ревности
свидетельствуют
многие факты, которые встречались при столкновениях греков с
латинянами. Были, без сомнения, и между греками люди, которые, прельщаясь
мирскими
выгодами,
отпадали
к
религии
латинян,
временных завоевателей Византийского царства, но большая часть народонаселения твердо стояла за Православие и, уступая все про чее,
не изменяла ему.
факт:
византийцы,
Раньше мы имели случай отметить такой
по завоевании Константинополя латинянами,
говорили здесь одному из латинских императоров (Генриху), что ему принадлежит владычество над телом, а не над душой и совестью их,
и прибавляли, что они готовы умереть за него с оружием в
руках, но объявляли о
«решительной
веры предков».3 Или еще факт:
невозможности отречься от
лучшие жители Мореи (т.
е.
собственно Греции), соглашаясь содействовать Жоффруа Виллар дуэну
в
завоевании
укрепленных
мест
страны,
первым
делом
по
требовали от него клятвенного письменного обещания, которое они могли бы передать детям своим, что ни один франк не будет принуждать их к перемене веры, не потребует, чтобы они сделались
латинянами. 4 Далее, когда на острове Кипре утвердились латиняне и латинский митрополит начал требовать от греческих кипрских I P!chler. В. 1, S. 297. , Сами латиняне убийство схизматика-грека считали действительно за ничто. P!chler, Ibldem. , Feopzuu Акроnолum. Летопись, гл. 17. • Медовиков. Латинские императоры в Константинополе, с. 70-71.
ВЗ2Ляd на азаu 'ltHbl(' отношения 1~('pKaи Греческой !t Л аmинской
29
еIIlfСКОПОВ, чтобы они давали ему клятву в послушании, вроде ого как это делают вассалы, киприоты обратились к патриарху
~из~нтийскому, жившему тогда в Никее, с просьбой объяснить им, как поступить в подобном случае. Патриарх, Герман (II), от вечал киприотам, что подобного рода клятва была бы отступниче ством от веры. Он увещевал Кипрскую церковь соревновать собра тьям в Константинополе (тогда уже завоеваННОМ латинянами),
которые, будучи разлучены от своих пастырей, однако же твердо
сохраняют свою веру. 1 ПО суждению одного новейшего немецкого историка,
католика
по
вере,
«в
этом ответе
греческого патриарха
выразилась высокая нравственная сила и достоинство. Пренебре
- по замечанию этого же исто - существенное отличие церкви Греческой от ЛатинскоЙ».2
жение земным ради религии есть,
рика,
И действительно, киприоты оказались достойными того увещания,
какое дал им византиЙСКИЙ патриарх. Сама история латинского владычества в Греческой империи показывает, что оно было прочнее
и долговечнее там, где не было вовсе или по крайней мере было менее притеснений в религиозном отношении. Однако, нужно За метить, что и меры кротости, какие папы и католические государи
употребляли для обращения греков, оставались тоже бесплодными. 3 Но продолжаем рассказывать: в чем, в каких явлениях в изу чаемую нами эпоху выражалась все более и более увеличивавшаяся взаимная
религиозная
неприязнь
между
греками
и
латинянами.
Одним из замечательнейших выражений взаимного отчуждения Латинской и Греческой церкви, взаимной религиозной неприязни было изобличение писателями, принадлежащими к одной Церкви, в различных религиозных отступлениях от нормы веры и церков
ных обычаев, приверженцев другой. Только слишком скептическое отношение одной Церкви к другой могло породить у писателей латинских и греческих ту скрупулезность, с какой писатели Ла тинской церкви выискивали поводы к обличению неправильностей
в строе Греческой церкви, и наоборот. Обвинения часто, притом же, переходят в напраслину, клевету. Каждый писатель-полемист
Латинской или Греческой церкви предъявлял другой длинный до
бесконечности список ее религиозных погрешностеЙ. Соперничество на этом поле между писателями было очень усердное, но лучше
было бы, если бы такого соперничества вовсе не было. Латинский Писатель ХН в. Гугон Этериан, родом итальянец, но долго живший
в Константинополе, находившийся в близких отношениях к им ператору Мануилу, ведший не раз диспуты как с этим императором,
1 1 Gеrmащ patrlarchae eplstola mlssa ш lnsulam Cyprum: Cotelerll Monumenta
есс e~lae Graecae. Т. П, рр. 462-472.
; Plchler. В. 1,
s.
320.
Медовu/(ов. Латинские императоры в Константинополе, с. 71-72.
А. П. Лебедев
ю
так и со знаменитейшими греками, искусный богослов, с трудо любием пчелы (по
его выражению) изучивший греческую и ла
тинскую церковную литературу,) в приписываемом ему сочинении: Graecorum тшае consuetudines, получившем известность в ХН! в., 2 возводит многочисленные обвинения на церковь Греческую. не будем
критически разбирать,
Мы
при каких условиях могло по
явиться то или другое обвинение, насколько оно верно или невер
-
но,
это
увлекло бы
нас слишком далеко; да и нередко наши
поиски в подобном роде должны были бы иметь в результате более или менее вероятные гипотезы, а не какие-либо точные разъясне
ния. Ограничимся одним объективным изложением Гугоновых об винений.
Для большей ясности дела разделим эти обвинения на
несколько классов. К первому классу относятся обвинения каса
тельно догматического учения греков. Так, Гугон объявлял, что греки,
отрицая исхождение Духа Святого от Сына,
тем самым
признают Сына меньшим Отца, подобно Арию делят божественную сущность, уничтожают различие между рождением и исхождением.
По
части
таинств
Греческой
церкви
обвинения
Гугона так
же
немногочисленны, как и в отношении к догматике. Обвинения эти касаются таинств Крещения и Евхаристии. О Крещении по гре ческому обряду Гугон пишет, что при Крещении у греков соблю даются два весьма суеверных обычая: священники мажут все тело крещаемого маслом, чтобы к нему не приставала вода, потом они
нагревают воду, чтобы сделать чистым младенца, чего ни Христос, ни ученики Его не делали. Касательно Евхаристии, кроме упрека в совершении ее на квасном хлебе, Гугон ставит в вину грекам, что
они
освящающую
силу
приписывают
в
этом
таинстве
самому
хлебу квасному (и одушевляемому закваской), а не словам благо словения. При этом случае Гугон упрекает восточных христиан за
то, что они при совершении Евхаристии не ставят своим образцом Христа, вливают в чашу не холодную, а теплую воду, как будто
бы благословение само по себе недостаточно, чтобы вино соделать кровью Христовой; далее, по словам Гугона, во дни Пасхи, по причащении народа, вают
в
землю,
остатки евхаристического хлеба греки зары
потому
что он
не
может
сохраняться
неповрежден
ным; причащающимся они преподают намоченный хлеб и раздают
кусочки ложечкой, чего Христос не делал. Вообще, в богослужении греческом латинский полемист находит для себя множество случаев
к нападкам на Греческую церковь, нападкам, часто странным и нелепым.
По суждению Гугона, греки думают, что имя Господь
значит более, чем имя Христос, почему они никогда за службами
не поют: Христе, помилуй, но Господи, помилуй I
-
весьма часто.
Hergenmtlzer. РllOtшs. Раtгшгсh von Constantinopel. В. ПJ, S. 791. Iыlеш,, Б. 175, 833.
---
Взгляд на (J.JalL'lНbIe отношения церкви Греческой и Латинской
31
ТОТ же полемист ставит в упрек грекам, что будто бы они из всех уббот постятся лишь В одну Великую Субботу, а во все прочие доз
~оляют себе пиршества, удовольствия и баню; что греки в некоторые
IIЗ пятниц без зазрения совести едят даже мясо; что они только
СеМЬ дней постятся в продолжение года: пять дней вместо всей Четыредесятницы, в Великую Субботу да еще накануне Богоявле ния. Ибо в продолжение Четыредесятницы они никогда не постятся
до вечера, притом Четыредесятница у них состоит из
30
дней, или
лучше сказать, пишет полемист, у них совсем нет Четыредесят НIIЦЫ. Много и других сторон, заслуживающих порицания, усмат
pllвaeT полемист в богослужебной практике греков. Греки, объяв ляет Гугон, мажут свое чело бумагой, пропитанной маслом от Л8lllПад, горящих перед образами, и окропляются водой, которой ОН" омывают мощи святых; притом, в первый день каждого месяца (in singulis calendis - указанllе на языческое происхождение обы чая) с большим тщанием они святят воду_ Эту освященную воду ОН" разносят по домам и не только окропляются ею,
но и моются
в ней. Греки, по словам Гугона, допускают себе еще следующее: они
молятся
перед
потомство мужского
образами пола,
Богоматери,
когда
желают
иметь
и делают Ее при посредстве того
же
образа своей кумой, а именно: они вешают полотно на Ее образ, чтобы Она,
подобно действительной восприемнице, приняла кре
щаемого ребенка из рук священника. К разряду такого же рода профанации Гугон причисляет некоторые религиозные греческие обряды, касающиеся святых угодников. Между тем как греки, пишет полемист, живых братьев нена ВИДЯТ, они делают своими братьями святых угодников вопреки их
воле. Это происходит так: они дают деньги священнику, и этот во время литургии возносит молитву за побратимство между живым
грешником и святым небожителем. Для того, чтобы святой угодник Вступил
в
это
родство,
желающий
побрататься
зажигает
перед
образом святого по крайней мере две свечки, помазывается маслом от иконы его
и обнимает
икону,
на которой изображен святой,
избираемый в братья. Продолжая свои нападки на богослужебную практику греков, латинский полемист порицает греков за их обычаи при погребении умерших .• Когда они собираются на похороны, -
ГОВорит полемист, - то родственники и знакомые целуют труп, в чем они поступают как язычники, которые говорили умершим:
"Иди, куда призвала тебя природа, и мы за тобой последуем" •.
(Т. е. полемист последнее целование истолковывает в смысле не верия в будущую загробную жизнь). Полемист находит непристой
вым обыкновение совершать службу в будни, когда мало народу в ;еркви, и глумится над этим обыкновением. Вот слова полемиста: 4r греков священники совершают службу без слушателей, и что
ВсеГо Страннее, -
будучи окружены женой и сыном, говорят, при-
П
.1
52
Лебедев
ветствуя отсутствующих верующих: "Мир BaM"~. Жены священни. ков у греков, по уверению Гугона, вступают на алтарное возвышеНИе
берут хлеб с жертвенника
(chorum), ское
служение
и
приготовляют
исполняют диакон
(de altari),
все
необходимое
для
литургии.
В заключение своих нападок на богослужебную практику греков
Гугон упрекает последних в нетерпимости к латинянам. Он ука зывает, во-первых, на то, что если латинский священник совершил Евхаристию на их престоле, то греческий священник не преЖде будет литургисать на нем, как по омовении его; во-вторых, на то,
что если латинянин
переходит
в
Греческую
церковь,
то он или
тайно, или публично перед этим должен БыIьь снова крещен. Весьма обширный и богатый материал для упреков в отношении Греческой
церкви
и
для
издевательства
над
нею
дают
Гугону
факты, действительные или Же перетолкованные вкось и вкривь,
ИЗ жизни духовенства и монашества. Гугон неистощим во всякого
рода обвинениях на греческое духовенство и монашество. Епископы греческие,
по
словам
полемиста,
принадлежат
к
последователям
Симона Волхва, так как они даром никому не отворят храма, без платы
не
совершат
ни
Духовенство греческое,
одной
службы,
не
отправят
погребения.
по мнению полемиста, вполне зависит от
мирян, ибо их патриархи, епископы и архимандриты возводятся в
свое
достоинство
мирянами
(здесь,
без
сомнения,
разумеется
византийское отношение государства к Церкви). По замечанию по лемиста, греки только монахов считают обладающими священст вом
по
преимуществу,
так
как
у
них
только
монахи
дают
разре
шение грехов. Полемист порицает греческое духовенство за рощение
волос.
Он пишет:
"Вопреки заповеди апостола,
муж растит волосы, то Это бесчестие для него
(1
изрекшего: В:оринф.,
если
11, 14),
греки заботятся об отращивании волос, в особенности клирики и монахи; эти последние (клирики и монахи) не подстригают волос в
форме
круга
на
темени,
но
делают
пробор
на
челе,
подобно
женщине,). В том же роде порицание Гугоном греческого духовен
ства и за ращение бороды. Греческие священники, по мнению его,
отращивают бороду, которую они смачивают (по неосторожности) в крови Господней при вкушении ее. Полемист не оставляет без внимания и брачного состояния духовенства; он утверждает, что
диаконы
у греков
церковных
женятся для
степеней
и
не
того,
потерять
чтобы достигнуть высшиХ
своего
сана.
Гугон
ставит
в
упрек Греческой церкви ее неразборчивость в поставлении священ ников;
по его словам,
во многих местах у греков
их
священник,!
суть мужи крови, ибо они своими руками наносят раны другиМ.
Гугон рисует, наконец, самую жалкую картину состояния гречес кого
монашества.
Монахи
у
них,
жалуется
Гугон,
ночуют
вне
монастырей, подобно зверям, и едят каждую минуту на улице; У них во рту и руках постоянно какие-нибудь плоды и что-нибудЬ
Нз, шtJ на (,mll'lIlЫ{' VlI/l/OIuеН!lЯ I!l'рк(т ГРСЧС(КОll It Лarllll1JСКОЙ
33
съестное. Они заходят в харчевни. Монахи у них не имеют общей кассы, но каждый имеет свою собственную, отдельную. Гугон находит очень много недостатков в религиозном состоянии
народа и старается выставить их на вид, с целью унижения Гре ческой церкви. О греческом народе он говорит, что греки не воздают
своим священникам
должной
чести
и
заставляют их
стоять
во
время обедов. на каких атим последним приходится быть. По са МЫМ
ничтожным
поводам
греки
подвергают
священников
и
кли
риков, как делали язычники, тяжелым наказаниям и бьют плетьми, в насмешку
сшибают
и
комкают головные уборы
ников, тогда как написано: причины
или
анафема»
(похоже на
греческий Гугон,
-
столько,
под
народ
вымышленным
за
27
предлогом,
таковому да будет
пр. Апост.) Латинский полемист порицает
невоздержность
отличаются
своих священ
«Кто наложит руку на клирика без
в
пище:
неумеренностью и едят
сколько представляется
«Греки,
говорит
-
не дважды в день,
а
к тому случаев. Они не воздер
живаются от крови и удавленины, ибо они едят дроздов и других птиц, задушенных силками, и употребляют в пищу внутренности,
т. е. кищки, наполненные свиной кровью (колбасы), и ато считается лакомым блюдом». По уверению полемиста, греки, лечащие посред ством
кровопускания,
отдают
в
этом
случае
человеческую
кровь
свиньям. По словам того же Гугона, греки ни во что ставят брачные узы: как скоро один из супругов не нравится другому, они заявляют
об этом городскому
пояс (iпstгшпепtlS
претору,
уничтожают
et cingulls praecisis)
брачные
документы
и
и без всякого противодей
ствия вступают в новый брак.
Полемист находит у греков недостаток внимания к обществен ным святилищам. По атому поводу полемист замечает:
«В своих
домах греки имеют молельни, украшенные образами святых и лам падами, и свечами; образа чествуются курением; и напротив, мало
заботятся о том, что церкви, построенные их предками, приходят в упадок и почти в запустение». Женщин он упрекает в пристрастии
к фальщивым волосам ипритираниям. 1 Итак, мы видим, что латиняне предъявляли
весьма много
обвинений про'гив греков в религиозном отнощении,
но то же
делали и греки со своей стороны против латинян в ХН,
ХН! и
XIV вв. Число обвинений на латинян у греков быстро возрастает. Заблуждений латинских во времена от Фотия до Керулария число пунктов атих заблуждений колебалось между 10 и 22-мя. Керу ларий вместе с греческим полемистом Никитой Стифатом число I
Сочинение: Сгаесогиm malae consuetudmes напечатано среди текста другого
llJiонимного сочинения под заглавием: Tractatus contra Graecos - в виде приложения к :;гому последнему MaXlma BlbllOtheca veterum patrum et апtщuогum scrlptorum есс eSlastlcarum, а Blgne edlta. Т 27. рр. 609-611. LнgdнП!, 1677. Очевидно, СОЧИнение Tract cont/'a Сг. есть компиляция.
2 За!. 3593
л
П
Лебеде(/
обвинений на латинян значительно увеличили. В начале ХН века Никита Сеид знал уже 32 пункта отступничества латинян; в ХII! в. число заблуждений тех же латинян более чем удвоилась. А в XIV в.
греки говорили уже о бесчисленных латинских ересях. 1
Про
-
смотрим главнейшие обвинения, какие делались церковью Гречес кой против Латинской. Мы при этом преимущественно будем ка саться таких сторон дела, которые представляют что-либо новое в сравнении с греческой полемикой дО ХН в. Нужно сказать, неко торые из таких обвинений лишены основания, беспочвенны или же странны, так как они мало понятны. Что касается латинского вероучения, то греки не предъявляют никаких новых обвинений в этом случае, за исключением того, что с ХН! в. они начинают упоминать об особенностях западного учения относительно состо яния умерших до всеобщего воскресения и относительно чистили ща. Но зато греки усматривают много погрешностей в церкви Ла
тинской в богослужебном отношении. Так, в ХН! в. они прежде всего
упрекали
латинян
за
многие
уклонения
от
нормы
шении таинства Евхаристии. Они говорили: 1) латиняне приобщаются только
в
в
совер
Великую
Пятницу и еще на смертном одре, и притом только обыкновенными, а не освященными опресноками, защищая себя в подобной практике тем, что неизвестно,
кто достоин евхаристического дара;
2)
при
общающийся полоскает водой рот, выплевывает потом ее на пол,
попирает
ногами
и
таким
образом
бесчестит
святейшее;
3)
ещр
раньше обвиняли латинян в том, что они в праздник Пасхи по лагали ягненка на алтаре по
заклании
ягненок
теперь же к этому прибавляли, что
(?),
этот
съедался,
остатки
сжигались,
а
пепел
хранился в течение года (очевидно, обычай этот являлся каким-то
добавлением к самой торжественной, пасхальной литургии, может быть, в воспоминание о Тайной Вечери евангельской);
4)
обличалось
причащение под одним видом. Следует еще заметить, что некоторые из
греков
очень
строго
стали
смотреть
на
совершение латинянами
Евхаристии на опресноках, до такой степени строго, что греческий
писатель ХН в. Николай, епископ Метонский, сравнивает греческую Евхаристию с жертвой Авеля, а латинскую, совершаемую на оп
ресноках,
-
с жертвой Каина. 2
Касательно таинства
греками указывалисъ следующие отступления латинян:
1 !
с
86
Крещения
1)
что они
Hagem·other. В. III, S 820. М Чельцuв. Пuлемика между греками и латинянами по вопросу об опресноках. СПб ..
1879
Сочинрние, из которого взято автором это замечание Николая,
до последнего времени известно было лишь в рукописи; но в настоящее время оно отпечатано
в
оригинале
с
переводом
неутомимым
ученым,
епископом
Арсением
(Иващенко). под .!аглавием Два liеИ.JдаliliЫХ nроuзведею/я Николал еnИСl<оnа N[e mOIiCKOZO (второр озаглаВJIивается Слово 1< лаmИIiЛliам 06 onpecliol
на
(' 115
(Новгород,
1897).
---
в и tяс) на а.Юlt1l1tы(' ОIl/НОUl('НlIЯ церкои Грече( кой 11 Л аmин<-кой
15
JCре стЯТ единократным погружением, и таким образом три Лица Божества смешиваются в одно; 2) что к:з:адут в рот крещаемому младенцу
соль
и
смазывают
его
слюнои,
а
не
помазывают
его
елеем, как предписано Церковью; 3) что они крестят дважды, потому что взрослых, при разрешении их грехов, мажут маслом (?);
4)
в позднейшее время ставили в вину латинянам, что они крестят
не через погружение, а через окропление, и в особенности
через
-
обливание. Что касается таинства Покаяния, то латиняне обвиня лись
в
том,
что
у
них
нет
духовных
отцов,
так
как
иначе
они
должны были бы знать, кто достоин Евхаристии (припомним одно из прежде указанных обвинений), а также в том, что когда получал разрешение отлученный, то его бичевали по голому телу. Таинство священства Латинской церкви было также предметом нападок со стороны греков, во
всякое
а именно:
время
последние заявляли,
совершается
это
таинство,
а
что у латинян не
только
четыре
раза
в год, - причем вдруг посвящается большое число диаконов и епи скопов. Еще утверждали, что папа по избрании его собором руко полагался в свой сан через наложение рук умершего его предше ственника.
Брак в Латинской церкви дает также грекам немало
простора для различного рода обвинений на западных христиан. В этом отношении указывалось прежде всего на допущение браков в недозволенных
степенях
родства,
затем
на то,
что
у них
вполне
позволителен второй и третий брак. Посты Западной церкви давали повод
ко
Отметим
многим
в
укорам
особенности
против
то,
описывали так называемый
крывался
у
них
пост
что у
нее;
но
греки
новых
в
упреков
немного.
саркастических
латинян день
Четыредесятницы.
пепла,
чертах
которым от
Восточные
полемисты
утверждали, что латиняне по весне начинали собирать кости всяких нечистых животных, потом сжигали их, пепел смешивали с водой,
Которой окроплялись В целях освящения. Этой смесью, говорили греки,
ПОСТа:
латинские
духовные
помазали голову,
лица
помазали
лоб и лицо,
в
верующих
в
начале
том предположении,
что
ЭТО придает силы для соблюдения поста. Другие порицания латинян греками касаются образа жизни и поведения духовенства. Греки
уКазывали
на
СУЩествовал
в
следующий Латинской
странный церкви:
обычай,
высшие
из
который
будто
епископов,
бы
когда
Идут в храм совершать литургию, имеют при себе нагих мальчиков, их они окропляют, утверждая, что этот обряд придает им неуяз ВИМОСТЬ и непобедимость на войне по достижении ими зрелого
ВОЗраста. Затем греки осуждали частое перемещение епископов, СИмонию, безнравственность духовенства, непочтительное обраще ЦИе с Евхаристией, которую духовенство носило с собой в дорожных
СУМках, разнообразие монашеских орденов. Обыденная жизнь ла ТИЦских христиан также не оставалась без полемических замечаний со СТороны греков. ИХ изобличали в том, что они едят кровь и
А
16
П
Лебедев
удавленину, становясь «душепожирателями», вообще едят нечис тую пищу, что они часто клянутся,
что клятвопреступление у них
в обычае, что они не читают Св. Писания и церковных постанов
лений, что они едят с собаками, дают им облизывать тарелки, а потом
опять
едят
из
них,
что
они
моются
уриной
и
пьют
ее.
Вообще греки считали латинян в религиозном отношении не ВЫШе
еретической церкви Армянской. I латинян
до
такой
степени
Некоторые из греков считали
закоренелыми
в
заблуждениях,
что
находили бесполезным вести с ними какие бы то ни было рассуж дения
и
прения
о
предметах
религиозных;
их
почитали
слишком
далеко уклонившимися от образа воззрений и мнений православных людей.
Известный византийский историк Никифор Григора рассказы
вает о себе, что когда (в
1333
г.) в Византию пришли двое латинских
епископов для рассуждений о вере, то он произнес речь, в которой всеми способами доказывал, что отнюдь не следует вступать в рас
суждения с прибывшими латинянами. Доказывая свою мысль, он
раскрывал, что латиняне любят спорить и никогда не исправля ются;
он
утверждал,
как
дело
решенное,
что
«латиняне
никогда
не согласятся с нашими мнениями, хотя бы в нашу пользу заго ворили
все
камни
и
все
деревья»;
раскрывал,
что
в
основу
рас
суждений и прений латиняне полагают силлогизм, который, однако же,
неприменим при
разъяснении
предметов
божественных;
что
греки, держась веры, преданной Спасителем и утвержденной собо рами и Св. отцами, поэтому не имеют нужды вступать в совершенно
бесполезные разглагольствования; что, наконец, латиняне вступают в прения не затем, чтобы принять правую сторону, а затем, чтобы после дискутирования, хотя и без всякого основания, хвастаться
своей мнимой победоЙ. 2 Говоря
доселе
о
том,
при
каких
условиях
развивалась
и
каких формах выражалась религиозная вражда двух Церквей
Латинской
и
Греческой
в
ХН,
ХН! и
XIV
ВВ.,
мы
в
-
не Должны,
однако, думать, что в это время действительно были порваны все
связи 3апада с Вогтоком в религиозном отношении. Такое пред ставление должно иметь некоторые ограничения. Мы хотим указать факты
I
из
Все
эти
времени,
изучаемого
обвинитрльные
пункты
нами, указаны
которые у
свидетельствуют,
Hergenrother'a
Рhоtшs ..
lJ1,
причем автором собраны и приняты во внимание весьма многочисленные свидетельства: Николая Метонского, Никиты Сеида, Феодора Вальсамона. Симеон3 ФрссалоникиЙского. Марка Эфесского, ритора Мануила, разных аионимов мюнхен ской рукописи и пр. Часть вышеуказанных обвинений исчислена и опровергается в любопытной книге' Три статьи неизвестного греческого писателя начала XIII 6 Издание архим. (теперь епископа) Арсения. Греческий текст и перевод. М., 1892 См. в особенности с. 66 и далее 114.
820-826,
2
Никифор Григора. Византийская история. Кн. Х, гл. 8. Перевод. Переведе8
лишь первый том (Боннского издания). СПб.,
1862.
Взгляд на озаu.мные отношения церкои Греческой и Латинской
-
37
что, случалось, ~aMыe видные представители той и другой Церкви забывали о своеи взаимной религиозной неприязни, относясь одни I( другим как члены единой, нераздельной Церкви. К таким фактам мы причисляем частые браки латинян с греками и наоборот, при чеМ религиозные разногласия не препятствуют заключению брач
ных уз. Так, в ХII в. первая и вторая жена императора Мануила комнина были латинянки. Племянница этого императора Мария комнина была в замужестве за Фридрихом Барбароссой, а потом за венгерским принцем Стефаном. Сын того же Мануила Алексей
11 Комнин был повенчан с французской принцессой Агнессой. 1 многочисленные примеры подобных браков можно находить и позднее. К такому же ограничению представления о всецелом раз рыве между Греческой и Латинской церковью ведет и то обстоя тельство, что в это время еще встречаются случаи богослужебного общения греков с латинянами. Это видно при посещении Констан тинополя в середине ХН в. французским королем Людовиком VH, Конрадом Н! и другими западными князьями. В царствование императора Иоанна Комнина аббат Петр Клюнийский обращается к императору и патриарху византийским с просьбой о восстанов лениИ находившегося в Константинополе монастыря, принадлежа щего Клюнийской конгрегации, а это предполагает более или менее дружелюбное расположение между Церквами. Далее следует упо мянуть, что император Мануил в письме к Конраду II! называет
латинян и греков: 6~o\'}p1'\a1CO,\)<;, т. е. единоверными. Жившим в Константинополе по делам торговли венецианцам,
пизанцам,
ге
нуэзцам во времена этого императора отведено было почетное место при богослужении в знаменитом Софийском храме. При дворе императора Мануила жили многие латиняне, и никакого отречения
от заблуждений не требовалось от них. Два итальянца - Гугон Этериан и его брат Лев - пользовались у Мануила большим зна
чением. 2 Такова была практика, но и в теории некоторые греческие писатели
и
богословы
тех
времен
смотрели
снисходительно
на
церковь Латинскую с ее теологическими и обрядовыми особенно с и наоборот некоторые латинские писатели такими же глазами смотрели на церковь Греческую. Те и другие из этих пи ТИМИ,
сателей отстраняли от себя мысль, что разделение Церквей есть дело решительное и бесповоротное. С латинской стороны в этом ОТНОшении заслуживает внимания воззрение Петра Клюнийского 11 Бернара Клервосского. Первый в ХН в. писал византийскому патриарху Иоанну Халкедонию: .Хотя мы и разделены с вами
ПРостранственно и различием языков, однако же мы соединены
х
I
Киннам. Кн. 11, гл. 4; I<Н. V, гл. 4; I<н. IV, гл. 1; I<Н. V, гл. 1. ер.: Никита
Olt~т. Царствование Андроника. Кн. 1, гл. 1. Hergenrother. В. Ш, s. 791-792.
38
А. П. Лебедев
неразрывно единством веры и любви. Я желаю заключить с тобой
неразрывный союз дружбы, если ты не станешь стыдиться этого •. 1 Западный святой Бернар Клервосский в том же ХН в. писал паПе Евгению III: «Строптивые греки, мы И с ними, и не с ними, соединены в вере, разделены в любви, хотя тоже и в вере они кое
в чем заблуждаются •.
-
Тон вообще мягкий. 2 Приведем в том же
роде свидетельства греков. Греческий философ Феориан, которому император Мануил поручал столь многие миссии по делам рели гиозным и который,
случалосъ,
вступал в споры с
латинянами,
увещевал монахов смотреть на латинян как на братьев и притом
православных; большую часть пунктов разногласия он считал ка· сающимися
вопросов
только
дисциплинарных
и
не
имеющими
отношения к вероучению. 3 Епископ Иоанн Китрский в Македонии (конца ХН в.) на вопрос: можно ли присутствовать при латинском богослужении,
отвечал, только двух пунктов сания,
молитвы,
и Св. ИКон
-
что раздоры
между Церквами касаются и опресноков, что чтеНИе Св. Пи
filioque
песнопения,
храмы,
почитание честного
Креста
все это у латинян не отличается от того, что есть
у нас. Латинское богослужение (имеется в виду погребальное) не
языческое (<рал.Il<рЫа 6uK ЕОПУ e~vt~), но сообразное со Свящ. Писанием. 4 Не без христианских симпатий относится к Латинянам также
Ему
и
Димитрий
предложен
Хоматин,
был
вопрос,
архиепископ Болгарский (ХН! в.)
считать
ли
святой
или
Не
святой
Евхаристию, совершаемую латинянами на опресноках, а также нужно
ли
считать
священными
церковные
сосуды
и
одежды
ла
тинян. Отвечая на вопрос, Димитрий не одобряет латинского обычая совершать Евхаристию на опресноках, но находит, что Многие из
греков выказывают преувеличенную ревность в борьбе с этим обы чаем. При этом указывает, что некоторые из греков более снис ходительно смотрят на латинский обычай совершать Евхаристию, и только по вопросу об исхождении Св. Духа не делают уступок и не соглашаются с латинянами. Димитрий далее делает такоЙ вывод: ни Евхаристию латинян, ни церковные их сосуды и при
надлежности нельзя считать нечистыми. Затем тому же Димитрию приходилось отвечать и на другой вопрос: можно ли православному епископу
входить
в
латинские
храмы
и
молиться
здесь,
и
позво
лительно ли преподавать Евхаристию латинянам, если они при' ходят в греческие храмы? Ответ Димитрия был таков: если когО приглашают прийти в латинскую церковь, то он без всякого со
мнения должен идти туда, ибо латиняне поставляют иконы в своиХ храмах и почитают их; а также нет препятствий преподавать Евха-
Baro1lLus. Annales. Ann. 1119, n. 20. (Plchler. В. 1, S. 286). lbld. 3 Hergenrother. В. III, S. 792. , Rhally et Potly. Syntagma. Т. У, р. 404. Athenae, 1855. J
PIC Ые r,
-
ВЗZl/J/d на бза1lлныe отношения l!ep"Oll Грече(кой 11 Латинской
истию
латинянам,
если
они
приходят
в
православную
39
церковь.
~ТaJIИЯ, замечает Димитрий, полна храмами, значительнейший из I(OтoPblx есть храм ап. Петра в Риме. В эту церковь входят как нaIП и духовные лица, они
не
терпят
так и наши миряне, молятся здесь, причем
никакого
вреда
от
того,
что
они
находятся
в
ла
тинских церквах.! В духе терпимости говорит о латинянах и Си меон, архиепископ Фессалоникийский, а заметим: он жил в
XV
в.,
когда рознь между Греческой и Латинской церковью зашла очень
ДaJI еко . 2
С
какой
снисходительностью
представители Греческой
церкви относились еще в изучаемое время к церкви Латинской, и с какой благосклонностью относились представители церкви ЛатинСКОЙ к церкви Восточной, об этом хорошо можно судить по тем толерантным воззрениям,
как греческой,
так
и
какие высказывались в литературе,
латинской,
по одному из
самых спорных
вопросов между двумя Церквами - говорим об опресноках. Между писателями греческими данной эпохи мы встречаем не только таких, которые не думали строго судить латинян за употребление у иих опресноков, но даже и таких, которые не прочь были признать, что вероятнее всего и Христос совершил Евхаристию на опресноках, но не видели необходимости держаться опресноков в дальнейшее время жизни Церкви. К таким писателям относится прежде всего Феофилакт Болгарский (умерший в начале ХН в.). Вот как писал по этому вопросу Феофилакт: ~ Употребление оп ресноков (у латинян) вызывает во многих великое соперничество, и
как
говорят
-
жарче
огня,
так
что
некоторые
готовы
скорее
испустить дух, чем отстать от своего протеста». Он находит, что такая
чрезмерная
считает своим
то, что
ревность
долгом
ревнующие
не
может
разъяснить,
считают
как
особенно
заслуживать
похвалы,
на самом
деле
важным.
Он
и
маловажно
высказывает
опасение, чтобы споры из-за опресноков не разожгли бы более и
более вражды к латинянам. Мало того, он признавал, что так как вечеря Христова происходила в одно время с ветхозаветной Пасхой, 1'0 Христос употреблял на вечери опресноки. ~Я полагаю, - говорит он,
-
что сначала Господь вкусил законной пасхи, а потом предал
своим ученикам и таинство своей Пасхи, совершив его, очевидно, от того хлеба, который тогда находился, а тогда находился бес
Квасный •. 3 Другой видный представитель Греческой церкви ХН в.
Никита, архиепископ Никомедийский, диспутируя с одним запад
ВЫМ епископом об опресноках, высказывает следующий гуманный ВЗГляд на вопрос: предлагая как лучшее средство к решению
--
ВОПроса собрание Вселенского Собора (из восточных и западных
~ Rhally. Ibrd .• рр. 430-435. ; Plchler В 1, S 418-419 (Ч Wщ. Acta et. scrrpta ... (Llрsше, 1861): Theophllactl Bulgar llbellus, сар. Х-ХI еЛЬЦов. Полемика ... с 92-94; 180-181).
А
10 епископов),
П
Лебедев
Никита хочет, чтобы этот собор постановил или то,
чтобы все приняли обряд употребления квасного хлеба, или то, чтобы все стали употреблять опресноки, или же, если не последует на это общего согласия, то по крайней мере согласились бы, чтоБыI ни греки не осуждали безрассудно латинян, из-за
опресноков,
ни
латиняне не
осуждали
-
слова Никиты,
греков
из-за
-
квасного
хлеба. Он вообще призывает и греков, и латинян к миру и взаимной
любви. Никита, например, говорил: «Необходимо, чтобы все стек· лись к богатству любви, ибо как любовь при святом приношении (Евхаристии), так и святое приношение при истинной любви по крывают множество грехов,
и
как спасительная жертва не достав
ляет спасения без любви, так и совершенная любовь не соблазняется
при различном приношении той же жертвы,>.1 Подобный взгляд, умеренный и кроткий, на разность употребления хлеба для Евха ристии иногда встречался в те же времена и у богословов западных
Знаменитый Ансельм Кентерберийский (в ХП в.) писал каса· тельно хлеба квасного так: чем
греки
так
не
«Относительно жертвоприношения,
соглашаются
с
нами,
по
многим
в
основаниям
можно видеть, что они совершают его не противно христианской
вере,
так
как
одинаково
приносит
жертву
и
благословляющий
квасный, и благословляющий пресный хлеб. Когда повествуется о Господе, как Он сделал из хлеба Свое Тело, приняв хлеб и благо словив его, то не поясняется
ныЙ».
-
пресный ли то был хлеб или квас·
Ансельм желает одного со стороны греков, чтобы они не
порицали совершающих Евхаристию на опресноках. 2 К сожалению, эти немногие голоса, на Востоке и на Западе, призывающие
к
взаимному
миру
и
любви
членов
Греческой
и
Латинской церкви, не были настолько сильны, чтобы заглушить голоса,
иначе настроенные,
и разъединение между Церквами не
могло смениться согласием и братством.
D'Ac/zery SplclleglUm Т 1 Anselml epIscopI, llber tert ,сар XIX (Чельцов 94-97) Anselmu~ De trlbus Waleranlll (epIscopl) qнвеstlOШЬUS Mzgne PL Т 158 541-547 (Чельцов, lbld ,С 158-159) 1
Ibld . ?
рр
с
Религиозно-нравственный характер Византийской империи от конца до середины ХУ вв. Изучение
религиозно-нравственного
характера
XI христианского
общества какого бы то ни было времени представляет большие трудности. Нравственность и религиозность составляют собой фак ТЫ не столько внешней, сколько внутренней, сокровенной жизни человека. Историк только тогда мог бы с правом утверждать, что он достаточно изучил эти предметы, если бы был в состоянии проникать
в
душу
и
внутреннее
расположение
прошедших
поко
лений, но гак как это невозможно, то ему остается довольствоваться
лишь изучением внешних фактов, отмеченных летописцами, фактов случайных,
разрозненных,
нередко противоречивых,
переданных
рассказчиками, быть может, весьма неточно. Одну из трудностей при изучении вопроса составляет то, что в рассказах
ступают
о
прошедшем
всегда
на
черты
первый
темные,
план.
Это
непривлекательные
и понятно,
ибо
вы
истинная
нравственность и религиозность, если они не выражаются в громких подвигах,
остаются
незаметными,
между
тем
как
пороки
и
нару
шения требований религии, по свойственному человеку стремлению
ОТЫскивать недостатки
недостатки
-
в
другом,
переСК8зываются
чтобы
оправдать
на разные лады
и
собственные
весьма часто
в
преувеличенном виде. Вследствие этого и историки, описывавшие прежнее время, ярче отмечают религиозно-нравственные недостат
ки
общества,
чем
его
достоинства
и
добродетели.
Этого
мало.
В распоряжении историка нашего времени находится немало таких Документов, из которых он и может извлекать только сведения о
lI:еПривлекательных сторонах жизни общества того или другого века. Таковы записи судебных процессов. Во всякой подобной записи есть немало указаний на те или другие правонарушения и
беЗНравственные поступки членов общества, но в них ничего не
Говорится - по самому существу документов - о добродетелях и светлыIx явлениях в области нравственной жизни общества. Вос
ПОЛнением этого пробела не могут служить ни панегирические
реч:и, ни описания знаменитых подвижников, ибо панегирические Реч:и весьма редко дают правильную оценку изображаемых лично Стей, а описания подвижников имеют дело с исключительными RВлен:иями.
А
П
Лебеdев
Еще философ Сенека говорил: .Мы жалуемся, предки жалова лись и потомки будут жаловаться, что нравы испортились и все
святое попрано». Это очень верное замечание. Приложимо оно не к одному языческому, а и к христианскому миру. За исключением первых двух веков христианской истории (да и тут еще не нужно упускать из внимания такого явления, как монтанизм, который
*
отчасти возникает из тех же причин, как и позднейшее монаше
ство,
-
из протеста против нравственного расслабления жизни хри
стианской), моралист остается недоволен жизнью христиан реши тельно
всех
времен
После всего этого нет ничего удивительного в том, что и историк,
описывающий историю христианской нравственности за период от конца ХI дО середины упадка Византийского
XV
вв., за период явного и непререкаемого
государства почти во всех отношениях,
с
одной стороны, не может не жаловаться на упадок общественной нравственности, а с другой
-
принужден рисовать больше печаль
ные картины нравственной испорченности, чем отрадные картины нравственной высоты и религиозного совершенства. Во
всяком
случае,
указанный
историк
не
может
изъявлять
притязаний, что он вполне правильно понял описываемую им сто
рону и безошибочно раскрыл ее. Ни один историк нравственных отношений того или другого века не может похвалиться, что он
проник в глубины вопроса и в состоянии исчерпать его. Мы со своей стороны сочтем свое дело исполненным удовлетворительно,
если знающие византийскую историю не найдут возможности уп
рекнуть нас в недостатке беспристрастия и признают наше описание
религиозно-нравственного характера византийского общества ука занных веков относительно верным и дающим достаточное понятие о
предмете
речи
Все светлые и темные черты религиозно-нравственных отноше
ний от конца ХI до середины
XV
вв. легко наблюдать на образе
жизни и поведении царственных лиц этих веков. Многочисленные византийские историки сохранили для потомства богатые материа лы для ознакомления с указанной стороной вопроса. Нужно только жалеть о том,
что они были слишком скупы на характеристику
общественной или народной нравственности, но и в этом случар историк нашего времени не остается беспомощным: чего не догова
ривают византийские историки, о том дают хоть и не очень полные, но все же драгоценные сведения некоторые другие памятники, так
что совокупность источников дает возможность составить прибли зительное понятие и о религиозно-нравственном характере обще ства,
народа.
" Монтанизм - ересь (II-ПI вв по Р Х) Основатель - Монтан из Мизии Основная идея - переустройство ~еркви на основе строгих начал нравственности проповедь строжайшего аскеТИ3Мd
-
РеЛlltlюлю 1lpaarmae1l1lыu :лартапер Вuза1l11lUUСКОЙ шmерUll
43
Странное зрелище представляют византийские императоры изу
qаеМОЙ
нами эпохи в религиозно-нравственном отношении. Это J(ElKoe-то бесконечное царство контрастов. Добродетель и благочес
тJlе то восходят на императорский трон и отсюда действуют в свой·
ствеННОМ им духе, то будто совсем оставляют царский трон. Один
ВJlзантИЙСКИЙ император
благочестив, образцово нравствен, дру
-
гой же, рядом следующий. представляет собой чуть не чудовище неqестИЯ и порока действует
столь
Этого мало: одно и то же царственное лицо
различно
в
нравственно-религиозном
отношении,
QTO приходишь в истинное изумление от такого соединения подоб
ных крайностей. Смена и смесь добра и зла, смесь и смена неуло ВJlмая и постоянная вот религиозно-нравственный характер цар ственных лиц рассматриваемого периода Показное благочестие берет верх над благочестием сердца почему
у
описываемых
лиц
такое
это-то и может объяснить,
-
непостоянство
в
жизни
и
по
ступках. Что мы видим? Храмы великолепно украшаются, но как
будто бы для того,
чтобы было что грабить в них; прилагаются
заботы
о
том,
чтобы
вместе
с
тем
подчас
иметь
тонкое
предаются
богословское
забвению
образование,
самые
а
элементарные
истины христианские; создаются превосходные благотворительные заведения, а рядом с этим подвергается угнетению весь остальной
христианский народ; устраиваются великолепнейшие религиозные процессии. чувственная
но
сквозь
всю
религиозность;
эту помпу
часто
издаются
законы,
проглядывает
грубо
воспрещающие
мо
нахам роскошь и обогащение, а вместе с тем для этих же монахов, как бы в расчете на неминуемое искушение для них, устраиваются
такие пиршества.
о
долгом
потомство
ство
оповестить
монашеству,
которых,
как
как
явлении
историки;
училищу
небывалом,
царственное
целомудрия,
мирно
считают
покровитель
уживается
с
самым беззазорным. грубым развратом самих покровителей цело
мудрия; прилежно и
тщательно изучается Св.
Писание, но как
будто только затем, чтобы хвастаться этим знанием, а не затем, чтобы исполнить заповеди Вожии и проч.
Словом,
это какой-то
свет во тьме, причем тьма готова, нужно сознаться, объять свет ...
Ряд царственных 'IИЦ, о которых мы хотим говорить, открыва ется Алексее.м
1
Ко.мnunы.м
(1080-1118).
Алексей взошел на им
ператорский византийский престол не как законный наследник, а
R8R счастливый узурпатор. И сам по себе подобный поступок, ко нечно, не делает чести этому византийскому императору; но непри
Влекательность его (поступка) еще больше возрастает вследствие то го, что войска, помогшие Алексею сделаться императором, в воз
награждение своего усердия в этом отношении позволили себе
---
буйство, грабеж и другие безобразия в столице.] Сам Алексей чув1
Безобразное поведение войска очень живо описано 30нарой Zonarae Anпаlеs
Ilb XVHI,
<-ар
20 (Mlgne
Т
135
Р
293)
ХОТЯ 30нара жил в ХН в и описывал
А
П
Лебедев
ствовал, как далеко его пособники зашли за ту черту, которая раз деляет
позволительное
и
терпимое
от
непозволительного
и
нетер
пимого, а потому, желая умерить общественные толки, он вынуж
ден был принять на себя очистительную епитимью. J Сообщим важнейшие сведения, которые могут служить к ха рактеристике нравственности и религиозности императора Алексея.
По свидетельству 30нары, он отличался следующими нравствен ными качествами, определявшими общий характер его жизни и поведения. Он был спокойного нрава и не надменен, свободен от корыстолюбия, разборчив при назначении наказаний и доступен чувству снисходительности при оценке проступков; удовольствиями
он пользовался очень умеренно, был ласков и доступен в обращении
с лицами, окружавшими его и имевшими в нем нужду. ~ Склонность к воздержанию и нетребовательность Алексей в особенности умел
обнаруживать во время военных походов: подобно лучшим полко водцам древности, он делил с солдатами все лишения и недостатки.
Во время войн, а этих войн было при нем много, он являл собой
пример, поучительный для своего воЙска. 3 Таким он являлся как полководец.
Многими
прекрасными
качествами
отличался
он
и
как правитель и распорядитель судьбами подчиненных ему лиц.
Он щадил и даже награждал и таких людей, которые имели в своем сердце самые злобные намерения против императора, если эти люди чувствовали раскаяние в своих преступных намерениях; I тем
меньше
производили
на
него
впечатление
хульные
отзывы
и
оскорбительные замечания, каКие позволяли себе делать против
императора его враги: за них он не мстил
5
с тем ЭГОИСтическим
упорством и решительностью, на каКие бывают способны мелкие
натуры. Правилом Алексея было извинять и прощать как явных, так и тайных врагов его царствования, если покушения врагов не соединялись
с
нарушением высших
государственных
интересов,
а
ограничивались неприятностями лично для самого государя. 6 Во обще пролитие крови при таких случаях, где другие считали это царствование Алексея как очевидец, но мы не придаем большого значения этому описанию, потому что историк не описывал специально царствования Алексея, а
пишет общую историю, начиная от сотворения мира. Поэтому рассказы его об Алексее - кратки и могут служить лишь к уяснению и отчасти исправлению показаний Анны Комниной: труд 30нары нельзя рассматривать как первостепенное пособие при изучении царствования Алексея. О труде 30нары можно найти заме чания у Скабалановича: Вuзан.т государство u Цер"овь, с. 17-20; тот же труд Oster (Аnnа Сотnеnа. TheJ! IП. Rasstaat, 1869) оценивает, сравнивая его с сочинением Анны Комниной. I J
Ан.н.а Комн,ин.а. Сказание о царе Алексее. Кн. ПI, гл. Zonaras. Annales, llb. XVIII, сар. 29 (Mzgne, ibld, рр. Ан.н,а Комн.ин,а. Сказание о царе Алексее. Кн. П, гл.
, • Ibld Кн IX, гл. 7, с. 425. ь IbJd. Кн. V, гл. 6, с. 241-242. 6 Ibld Кн. XIV. (Mzgne. PG. Т. 131, р. 1057).
5. Русск. пер. 324-325). 7.
-
Релиzиозно нраастаенный характер Византийской шmерии
45
дел.о м самЫм естественным, чуждо было душе императора Алексея. ОН щадил военнопленных, когда видел, что избиение их не имело БыI никакой цели. При одном случае доверенное лицо императора СJlнезий
0:0
-
предложил Алексею казнить военнопленных печенегов;
-
император
не
красные слова:
согласился
на
такое
предложение,
сказав
пре
« Хоть это И скифы, но все же люди, хоть это враги,
0:0 все же они достойны милости». Правда, эти печенеги в ту же о:очЬ были перебиты,
но повествователь утверждает,
что случай
эТОТ произошел без ведома императора. 1 Во время сражений, щадя жJlзнь своих
воинов,
Алексей очень заботился о том, чтобы не
было пролито ни капли лишней крови, принадлежащей его воинам; победа, стоившая слишком много крови, ему доставляла не радость,
а печаль. 2 Очень выдающуюся черту в нравственном характере Алексея составляло стремление помогать бедным и несчастным. Алексей
известен
в
этом
отношении
более,
чем
многие
другие
византийские императоры. Он хотел, чтобы плоды его филантро пических
стремлений пережили его самого и сделались дорогим
о:аследием его потомков и всего византийского народа. Историки говорят следующее: в Константинополе с давних пор существовал Н8 Босфоре дом призрения бедных. Алексей улучшил и расширил это убежище и превратил его в великолепное и огромное здание. Здесь в одно и то же время помещались
и приют для сирот,
и
богадельня для немощных и престарелых. В богадельне существо вали отделения для мужчин и женщин. Особые попечения прилагал
император о сиротах: он хотел быть для них как бы отцом. Сироты, кроме содержания, получали образование религиозное и научное.
Их образование
вверено
императора.
обширности
целом
По
походило
на
было
особый
и
учителям,
назначаемым
великолепию
город,
по
учреждение
находящийся
среди
В филантропическом учреждении Алексея содержал ось
воле в
его
столицы.
1 О 000 че
ловек. При них было чуть не такое же число докторов, хирургов, УЧителей
и
прислуги
того
или
другого
пола.
Здесь
находилась
церковь, украшенная весьма богато; при церкви был особый много
численный церковный причт. На издержки этого человеколюбивого
УЧреждения император отпускал большие суммы денег. Управите лами здесь назначались по личному выбору Алексея люди испы
танной честности и отличавшиеся умом; между ними встречаем лиц сенаторского звания, даже царских родственников. 3
О религиозности Алексея дает несколько небезынтересных ука
занИй историк Анна, его дочь. В трудовые минуты военных пред~------
: Анна Комнина. Сказание ... Кн. VIII, ГЛ. 6. с. 385. ; IbJd. Кн. XIV Mzgne. Т 131, р. 1081. An Ibld. Кн. ХУ Mlgne, рр 1154-1167 (подробно, но риторично); Zonaras. гл nales. LJb XVIII, сар. 24. Mlglle, рр. 306-307 (очень кратко, указаны лишь IiВHыe черты)
.-l
Il
Л('бед('(J
приятий он возлагал надежду только на Бога, о чем и говорил
открыто перед лицами, составлявшими его свиту.! В этом отноше нии особенно заслуживает внимания рассказ о том, как император
приготовился к битве с печенегами и куманами. Историк говорит:
<сНе думая откладывать более сражение, Алексей стал призывать себе в помощники Бога.
На закате солнца им первым вознесена
была молитва при великом освещении и пении гимнов. Не дозволял
он покоиться И всему стану, но каждому благоразумному советовал то же самое, а грубых заставлял. Молитвенные голоса
делать
воинов, кажется, долетали до самых небесных сводов или, точнее, возносились к самому Владыке Богу. В самом деле он уповал не на воинов и коней и
не на военное искусство, но все относил к
воле всевышней. И это продолжалось до полуночи.).2 При одном случае
во
время
сражения,
желая
наглядно
выразить
свою
веру в
помощь Божию, он в одной руке держал меч, а в другой знамя
-
омофор Матери Божией, одну из священнейших реликвий визан
тийских
1
(под
омофором
здесь
разумеется головное покрывала
Богородицы). Алексей был хорошо сведущ в Священном Писании и любил при случае цитировать более подходящие к случаю места
из Библии. 1 В таких чертах можно представлять себе лучшие стороны рели гиозно,нравственного характера Алексея. К сожалению, его нрав
ственная жизнь была столь
не была чужда недостатков,
искренна,
как
можно
было
бы
а религиозность не это думать.
Так,
отношению к его нравственности нужно заметить следующее:
по
хотя
сам Алексей был умерен и воздержан в пище, напитках и удо вольствиях,
был совершенно не корыстолюбив, но он мало забо
тился о сбережении общественного достояния. Его родня и при ближенные
поглощали
множество
общественных
денег,
жили
в
роскоши, отчего страдали государственные интересы. 5 Супружеская Жизнь Алексея не отличалась целомудренностью. По крайней мере в молодости, но уже на престоле, он нередко изменял своей жене
Ирине и тем причинял ей великие муки, вызываемые чувством
ревности. 6 Производит неприятное впечатление то издевательство. которое
учинялось
над
некоторыми
заговоре против i\лексея,
лицами,
издевательстве,
виновными
в
одном
конечно, по воле этого
последнего. Так как заговор был своевременно открыт, то виновные, Михаил
i\HeMa
и
другие
1 Анна КО.Мfшна
лица,
подвергнуты
были
не
тяжким
Сказание Кн VII, ГЛ 3, с 330-331 Ibld Кн VIII, ГЛ 5. с. 380-381 i Ibld Кн VH. гл. 3, с. 328-329. " Ibld. Кн IX, гл. 7. с. 423 и др. , Zonaras. Annal. L!b. XVIII, сар 29. Mlgne, р. 325. ь Zonaras. L!b. XVIII, сар 24. Mlgne, р. 309. Само собой понятно, Анна об атом
совершенно
молчит.
Ре 11l11ЮJllO 1tРl1(JU/Ю(!Ii1tый )драКlIlер ВUЗ(/ЮIllIЙ( ,,-ои шmерUll
---
.Jl
вl1l'азаниям, но в числе этих наказаний было и такое: преступникам
острижены были волосы на голове и бороде, но острижены были
каким-то мерзостным инструментом, называвшимся «дропак». J Из этих фактов видно, что нравственные достоинства Алексея нельзя TI1I' ставить высоко, как это делает историк Анна Комнина. Что касается религиозности Алексея, то сомнительно, чтобы ова была вполне искренна и истекала от чистого сердца. Нужно сказать, что 30нара, который ясно указывает нравственные досто ивства Алексея, почему-то ничего не говорит о благочестии импера тора. Едва ли это простая случайность. Во всяком случае его рели
гиозность едва ли не носила хоть в некоторой степени той особен восТИ, которая отличала деятельность этого императора, особенно СТИ, состоявшей в хитрости и тонком расчете; благодаря этой черте характера, император весьма нередко являлся не тем, кем был на
самом деле. 3амечательно, когда Алексей был на смертном одре, Ирина, жена его, несмотря на торжественность и знаменательность
минуты, обманувшаяся относительно престолонаследия, не могла
воздержаться, чтобы не воскликнуть, обращаясь к умирающему: .Муж, ты и при жизни отличался всевозможным коварством, любя говорить
не
то,
что
думал,
и
теперь,
расставаясь
с
жизнью,
не
изменяешь тому, что любил прежде». Историк, передающий нам эти слова Ирины, со своей стороны не считает нужным молчать, что он почитает Алексея «человеком, как нельзя более скрытным», Т.
е.
таким,
У
которого
поступки
не
находились
в
соответствии
с
внутренними расположениями. Стоит еще заметить, что вышепри веденные слова
императрица Ирина говорила вслед за тем,
как
увидела, что Алексей «поднял руки к небу» 2 в знак благодарности за то, что ему удалось-таки обмануть надежды своей жены, не смотря на свои обещания исполнить желания этой последней.
Положим, разрушая надежды жены, Алексей поступал на этот раз правильно;
но все же весьма странно встречать одновременно на
РУШение обещаний, обман и молитву.
Несмотря на некоторые ограничения, Алексея по его религиоз :но-нравственному характеру нужно относить
не к худшим,
а к
ЛУЧшим византийским государям изучаемого периода.
Считаем не лишним сказать несколько слов об Ирине, супруге
Алексея. Историк Анна восхваляет добродетели и благочестие Ири :ны, Своей матери. J Нет оснований отрицать показания историка.
ИРина, действительно, во многих отношениях представляет отрад-
1 Zonarab Аllпаl. LJb XVIIl, сар 24, р. 308. Об этом .дропаке. здесь же 3ам1е1чено, что это инструмент, которым m\llJeres ap\ld T\lrcos pudelltorum pJlos
еУе
unt.
р
2
Никита Хониаm. История царствования Иоанна Комнина. Кн. 1, ГЛ. 2. Усс:с. перевод. Анна KOl
А. П. Лебедеа ное явление. Между другими ее делами благочестия видное место
занимает ее заботливость о распространении и благоустроении жен ского иночества в Константинополе. Так, она известна учреждением женского монастыря здесь во имя Пресвятой Девы Благодатной. Этот монастырь состоял под личным смотрением самой императ рицы Ирины. Она составила для монастыря устав, имевший целью поставить эту обитель на высоте нравственно-религиозной жизни.
Устав этот составлен подробно и тщательно.! Возможно, что он на чертан рукой самой Ирины, женщины очень образованной и начи
танной в богословских сочинениях. Но признавая достоинства жиз ни и поведения Ирины, в особенности ее благочестие, не следует в то же время преувеличивать их, как это делает пристрастный историк
Анна. Несомненно, Ирина была горда и надменна, если сравнивать простоту и доступность Алексея Комнина с чересчур большой приверженностью Ирины к строгому придворному этикету, стес нительному для лиц, окружавших эту царственную особу. Видно,
что эта последняя очень любила давать знать, что она царица и что все должны перед ней трепетать и чувствовать свое ничтоже C'l'Bo. 2 Но еще важнее то, что Ирина, любя до страсти свою дочь
Анну,
ради
этой
любви
готова
была
преступить
законность
и
справедливость. Она употребляла все старания к тому, чтобы ее муж А'Iексей при знал Анну преемницей его власти, обойдя закон
ного наследника Иоанна, своего сына. 3 Такое стремление Ирины, естественно, вносило дисгармонию в семейные отношения царского дома
во
и
заС'l'авляло
враждебные
членов
семьи
отношения.
становиться
Конечно,
никто
друг
не
к
другу
поставит
почти
таких
планов Ирины и следствий, вытекавших из этих планов, в досто инство этой царственной особы. Правда, Ирина не достигла своей
цели:
Иоанн сделался
исторические сказания, ствия
Иоанна
на
наследником своего отца,
но кто прочтет
повествующие об обстоятельствах восше
престол,
тот
сознается,
что
Ирина
не
может
претендовать на высокое место в ряду достойнейших императриц
Византии. Вообще она была немного лучше своего мужа. 4 Сын и преемник Алексея Комнина Иоанн Комнин
(1118-1143)
представляет собой один из самых редких примеров высоконрав ственных императоров, занимавших византийский императорский
,
Устав Ирины известен и в русской литературе. Его перевел покойный проф.
Казанский, а издал проф. Мансветов, снабдив перевод примечаниями ученого со·
держания. (.Типик женского монастыря Пресвятой Богородицы Благодатной, ос· нованного и устроенного императрицею Ириной. и проч. См.: Труды Моек. apxeo~ общ. за 1878 г.) Это единственный устав женского монастыря, дошедший до нас от
Д!;'евности.
- Zonarae Annales. L!b. ХVПI, сар. 29. Mlgne, р. 325. j Zonarae Allnales. Llb. XVIII, сар. 24, 27. Mlgne, рр. 310. 319. Хоltиат. История. Царствование Иоанна. Кн. I, гл. 2. I Zоnагае llb. XVIII, сар. 28-29. Mtgne, рр. 322-323.
Никита
---
трОН.
J\/IeBee
-/9
РСl1lrzlOЗ/1O нр(/т 1IIGc/lIlыl хараю))ср ВllзаНlIlllй,КОzl 1l.'LIЮРllll
Нелюбимый почему-то своей матерью Ириной, он тем не приобрел общую любовь народа. Иоанн - это был император,
о котором историки не говорят ни одного дурного слова. 1 В течение 25-летнего
его
царствования
кротость
и
милосердие
составляли
правила государственного управления. Под его скипетром смертная казвь
перестала
вала себя
в
J\/Iи:лосердия
про являть
прежние
свое
века.
император
могущество.
каким
она
Замечательные примеры
показал при следующих
ознамено
кротости
случаях.
и
Сестра
еГО, известная Анна Комнина, не хотела примириться с совершив IIIИМСЯ фактом примириться рассчитывала
-
с
восшествием Иоанна на престол; она не хотела тем,
что
благодаря
императорский содействию
в
трон,
этом
на
который
отношении
она
матери,
завят другим. Спустя около года после вступления Иоанна на пре стол она сделала попытку путем переворота отнять царский престол
у своего известном
брата.
И
это
историческом
делает труде
Анна,
та
повсюду
самая
Анна,
проявляет
которая
такую
в
скром
вость и женственность! Но планы ее не осуществились, кажется, БЛ8I'одаря совестливости ее мужа, о котором она по этому случаю
с непристойной иронией «<в самых срамных выражениях.»
отзы
валась, что природа по ошибке перемешала полы людей и Вриеннию дала вместо мужской душу женскую.
По византийским обычаям
Анну следовало казнить, а ее имущество конфисковать. Но импе ратор Иоанн милостиво решает сохранить ее жизнь и только присуждает конфисковать ее имущество. Но и это последнее рас
поряжение не было приведено в исполнение: по ходатайству при
ближенного к нему человека (Аксуха) Иоанн отменил свое прика
зание
2
и ограничивается в отношении к виновной упреками и
порицаниями. С такой же беспримерной снисходительностью от носится Иоанн и к брату своему Исааку, позволившему поступок, очень похожий на поступок Анны.
Поссорившись из-за каких-то
ПУСтяков со своим братом, Исаак удалился за пределы государства,
там перебывал у различных народов с целью найти себе союзников, которые могли бы ему отнять престол у брата. Но поиски Исаака оказались бесплодны. Он с повинной головой возвратился к царю
в Византию. Как же царь принял преступного брата? Вместо всяких
наказаний «ОН обласкал его и сердечно обнял; он не скрывал и в
дYInе Никакой тайной неприязни к Исааку; он не больше радовался О победе, чем о возвращении брата.). 3 Никита Хониат даёт сле дYIOщую характеристику императора Иоанна в нравственном от
--
нотении. «Это был человек, который и царством управлял пре-
б
1
НУжно. впрочем. сказать, что парствование Иоанна по какоЙ·то причине не
Ь!ло оп " В!! Исано ни одним современником; все известия о нем находим У позднеиших
за~тийских историков (Киннама и Никиты).
; Никита Хониаm Царствование Иоанна, гл. 3. Ibldеш. гл. 9.
гl
iU
II
Л ебедt'G
восходно, И жил богоугодно», он был далек от распущенности, воз
держан, щедрость была чертой его характера. По замечанию того же историка, Иоанн являлся врагом безумной роскоши,
которая:
почти всегда господствовала в византийском дворе, и служил пре
красным образцом простоты так
говорил:
жизни для всей Византии. Никита
«Как убийственную
заразу,
он изгнал
из
царского
дворца празднословие (лесть?) и чрезмерную роскошь в одежде и столе; и желая, чтобы все домашние подражали ему, он не пере
ставал упражняться во всех видах воздержания».l Вообще импе ратор Иоанн, даже по отзыву Гиббона, столь далекого от всякой лести византийским императорам, в нравственном отношении «был строг к самому себе и снисходителен к другим, он был целомудрен
и воздержан, и даже философ Марк Аврелий не пренебрег бы его безыскусственными доблестями, истекавшими из сердца, а не заим
ствованными от школ. Под властью такого монарха невинности не чего было опасаться, а для личных достоинств было открыто самое
широкое поприще. Добродетели Иоанна были благотворны и ничем не запятнаны. Это был,
-
по суждению историка,
самый луч
-
ший и самый великий из комниных»_2 С другой стороны, рели гиозность
и
набожность
Иоанна
служит
предметом
восхваления
для историков. Теплая вера, усердная молитва к Пресвятой Бого родице среди
составляли
радостей
для
него
укрепления
жизни.
Так,
если случалась
войны, «он становился,
в
бедах
и
по свидетельству Никиты,
-
услаждение
опасность
во
время
перед ико
-
ной Богоматери и с воплем и умоляющим взором смотря на нее, проливал слезы более горячие, чем пот воинов». Победа над врагом побуждала императора выражать свое религиозное чувство в каких
либо видимых для всех законах благочестия. Так, одержав однажды победу над печенегами, он, по возвращении в Константинополь, учредил в знак благодарности Богу особый праздник, называвшийся
у византийцев праздником печенегов. 3 Или при другом случае, одолев врагов,
царь следующим образом выразил свою благодар
ность Богу за ниспосланную победу, ясно показывая, что религи озность Иоанна далеко
оставляла за собой
гордость
победителя.
Византийские историки вот как описывают триумфальный въезд Иоанна в Византию после победы над персами. день
для
торжественного
пещренными
которых
Святых.
золотом
и
пурпуром,
художественной
Великолепная
шествия,
рукой
улицы тут
же
вышиты
Когда наступил
украсили
коврами,
ис
развевались
ткани,
были
Христа
триумфальная колесница,
лики
на
11 которую везлН
лошади шерстью белее снега, назначалась для царя. Но царь, не желая показаться гордым победителем, не сел на нее, а поместиЛ I
Ни/(иmа Хониаm
-
Гиббо/i.
Царствование Иоанна
J
Ни/(ита Хониаm. Царствов. Иоанна. Гл
История .. Т.
\'. 366. 381.
РУССК
Гл.
12.
перев
4-5.
Ре /1lt11O то HpaaG1II{/('lIIlbIll
l(l/JlI1<.lIIep ВUЗG/шmЙСКОIl и I/1lCPUU
5f
в8 нее икону Богородицы, так как эта икона сопровождала его в
IIоходах. Приказав первейшим вельможам вести под узду коней и IIОРУЧИВ своим близким родным надзор за колесницей, он сам IIоIIIел впереди, неся крест. А придя в СоФийский храм, он перед лидом всего народа воздал благодарение Богу. Как ни привыкли визаНтийцы к религиозным церемониям, но все же это соединение
пыIIIНОСТИ
с
царской
благочестивой скромностью
вызвало такое
удивление, что о подобном явлении считает нужным сделать за
метку один из историков. l Историк Никита Хониат, принимая во внимание высокие достоинства Иоанна, признает его идеалом царей
византийских. Он говорит: (,Иоанна и до сих пор (начало ХН! в.) все
прославляют
хвалами
и
считают,
так
сказать,
венцом
всех
царей, восседавших на византийском престоле из рода :Комниных. Но и
по отношению ко
можно сказать,
многим из древних
что он с одними из
них
и лучших императоров
сравнялся,
а других
даже
превзошел».2 Этот лестный отзыв тем замечательнее, что Никита строго судит других императоров ХН в. Жена императора Иоанна, по сказанию другого историка, :Киннама, представляла собой тоже образец высоконравственной жизни. венгерского
короля),
Ирина,
по
его
Родом иностранка (она дочь словам,
была
государыней,
отличавшейся перед всеми другими скромностью и исполненной добродетели.
Все что
ни получала от царя-супруга и из государ
ственной казны, она не сберегала, подобно скупцу, но и не тратила на наряды и роскошь,
II В течение всей своей жизни оказывала
благодеяния
кто
каждому,
просил ее помощи.
Она построила в
Византии во имя Вседержителя монастырь, который, по уверению
историка, был во всех отношениях замечателен. 3 Остается жалеть, что такие глубокорелигиозные и высоконрав ственные личности,
как
император Иоанн и его супруга Ирина,
были явлениями, весьма не частыми на византийском троне. Уже наследник
Иоанна,
сын
его
Маnуuл
Комnиn
(1143-1180),
был
человеком другого характера и направления. Народ византийский,
Восхищаясь статностью и красотой нового императора, в простоте
дуШи воображал. что с силами юности будет соединяться у нового
Властителя и мудрость старости. 4 Но это была жестокая ошибка.
Оц наследовал от отца военные таланты, но общественные добро детели Иоанн как будто унес с собой в гроб. Большую часть своего
37-летнего царствования Мануил проводит в бесконечных войнах,
а в Византию является, казалось, только для того, чтобы сорить деньгами, предаваться роскоши и разврату. Он окружил себя ино-
-Гл.
I
Кинна;и. Царствовование Иоанна и Мануила. Кн. 1, гл. 5. Никита Хониат,
5. : Он же. Царствов. Иоанна, гл 12 (кон.) . • Кинnам. Кн. 1, гл. 4. Никита Хоnиат. История
Царствование Мануила, кн. 1, гл. 1.
П
.-\
jl
Лебеdеа
странцами, которые обирали его
-
сколько хотели; назначив уп
равлять финансовой частью государства людей строгих и береж ливых, Мануил,
однако же, в тщетном стремлении прославиться:
щедростью, по словам историка (Никиты), «без всякой меры раз давал и расточал скопленное. Его пышность и роскошь, как бездна,
поглощали государственные доходы •. Он находился в позорной и открытой связи со своей родной племянницей, с которой пировал и веселился на прекрасных островах Пропонтиды. Эта страсть императора ложилась тяжким бременем на государство. По словам историка, «сын, родившийся царю от Феодоры (так звали его пле мянницу), а потом и другие дети переводили на себя целые моря
денег •. 1 Мануил представляет собой первый ясный образец из описываемого нами времени ных качеств, о которой
образец той смеси хороших и дур
-
мы замечали, как о характеристической
черте византийских императоров от ХН дО середины ХУ вв. В са мом деле, он является чистым аскетом во время военных походов,
спит на палящем солнце, на снегу, терпеливо и спокойно переносит все неудобства поход ной жизни
- И даже умышленно лишает себя всех удобств. Напротив, среди мира, в Византии он может жить лишь в роскоши, утопает в сладострастных оргиях. 2 В религиозном
отношении
он
представляет
ту
же
смесь
добра
и
зла.
Мануил
глубоко привязан к вере и Церкви, он смиренно преклоняет свою буйную голову перед святостью Церкви, но это не мешает ему в
го же время быть жалким, но убежденным суевером. В качестве факта, доказывающего благочестие Мануила, историк Киннам опи сывает поведение императора при перенесении в Византию одной, впрочем, весьма подозрительной, священной реликвии. Этот исто рик рассказывает:
«Мануил С большим торжеством перенес в Ви
зантию священный, издавна лежавший в Эфесе камень и присоеди нил его к другим священным памятникам столицы. Что это был за камень,
-
говорит историк,
-
открывается из следующего расска
за. Когда Христос умер и положен был на камень, то Богородица, припав к нему, горько плакала. Эти слезы, упав тогда на камень,
остаются
и доныне неизгладимыми. Взяв этот камень, Мария Магдалина плыла на нем прямо в Рим, чтобы, явившись перед лицом императора Тиверия, обвинить перед ним Пилата и иудеев убийц Христа. Но каким-то образом занесенная в Эфесскую гавань, она оставила камень здесь. С того времени до настоящего каменЬ оставался в Эфесе. Этот-то камень перенесен был теперь со светлыМ торжеством. В торжественной процессии участвовал весь сенат, все духовенство
Мануил,
-
I Ibldem. - Ibldem,
и
монашество столицы,
участвовал
и
царь
отмечает с особенным ударением историк, кн
УН. ГЛ
ГЛ
3
2
-
Мануил.
даже под·
-
Религиозно-нравственный характер Византийской империи
53
держивал камень своим плечом., а по другому сказанию:
оЦарь
возложил камень себе на хребет., оибо в подобных случаях JIPодолжает Киннам, - Мануил смирялся более, чем сколько нуж-
110 и к таким предметам обыкновенно приступал с уничижением •. 1
Ii~, по-видимому, преданный христианской религии, Мануил в то же время является человеком, насквозь пропитанным суевериями.
011
вопрошает у гадателей, сколь долго продолжится ряд царей из фаМилии Комниных; получает ответ, что греческое слово &'ч.La определяет продолжительность царствования его фамилии; отсюда
011 заключает, что после того, как царствовали уже Комнины с
- Алексей, t (йота) ИОаНН, и буквы Jl (ми) - он сам, Мануил, еще остается царствовать оДIIОМУ с именем, имеющим начальную букву а (альфа); беспоко ится, кто это будет царствовать после него, так как у него сначала JlМенамИ, начинающимися с буквы а (альфа)
JI8 было детей мужского пола; недоверчиво смотрит на родствен ников с именами, начинающимися этой подозрительной буквой альфа; называет потом сына своего Алексеем, чтобы в исполнение предречения именно его сын - Алексей - с начальной буквой альфа в имени, царствовал после него; советуется со звездочетами
во время беременности своей жены
2
и т. д. Под конец жизни
Мануил принимает монашество, но почему? Не потому, что хотел подвигами благочестия загладить пороки своей жизни, а единст венно потому, что постигшая его болезнь была смертельной. С ка кой неожиданностью умирающий Мануил захотел облечься в ино ческий чин, это видно из того, что во дворце не оказалось мона шеской одежды, прнгодной для этого случая, почему на Мануила надели
где-то второпях найденную
ветхую и короткую мантию,
которая едва достигала колен новопосвященного инока. 3 Последний император из фамилии Комниных, занимавший цар ский престол в Византии во второй половине ХН В., в нравственном ОТНошении был не в пример хуже Мануила. В нем замечается уже решительный перевес зла и безнравственности над лучшими ка чествами души.
Таков был двоюродный брат Мануила Андроник
Комнин, занимавший краткое время (1183-1185) византийский ИМПераторский трон. Молодость Андроника - это была какая-то эпопея распутства. Преступные св изи с женщинами то завязыва JIИсь, то прерывались, словом, менялись, как одежды. Свои подвиги
По ЭТой части он начал кровосмешением со своей двоюродной ПJIеминницей Евдокией. 4 Когда его упрекали за подобную связь, он Преспокойно оправдывался тем, что весь его род таков; он
ГОворил, что люди одной и той же породы всегда как-то бывают
------
IKиннам.
I I
4
Кн.
VI,
гл.
8.
Ср.: Никита Хонuaт. Царствев. Мануила, кн. VП, гл.
7
Никита Хонuaт. Царствев. Мануила, кн. IV, гл. 6, с. 186; кн. V, гл. 7, с. 217 Никита Хониат. Ibld. Кн. VH, гл. 7. Евдокия была сестрой той Феодоры, которая ПОЛЬЗ0валась фавором Мануила
л
j I похожи
одни
на других
и
П. Л('беdеа
что он
лишь
подражает
своим
родным
(иронический намек на тогдашнего императора Мануила).] В целях любовных
похождений, Андроник предпринимает путешествие в
Антиохию, так как он наслышался о существовании там необык
новенной красавицы, по имени Филиппа. 2 С целью пленить эту красавицу, он с увлечением отдается роскоши, доходит до крайней изысканности в нарядах, с помпою ходит по улицам, окруженный телохранителями
с
серебряными
луками,
словом,
по замечанию
Никиты, он вполне «посвящает себя служению Афродиты». Этим он старался, по выражению того же историка,
пленить ту, которая
его пленила, в чем он и преуспел. 3 Продолжая рисовать нравственно распущенный образ Андроника, Никита следующими чертами опи
сывает его дальнейшие похождения.
«Из
Антиохии Андроник от
правляется в Иерусалим, вспоминая, как кошка о мясе, о прежних
своих победах, и занимается новыми проделками. А так как он не привык стесняться в жизни, и до безумия любя женщин, без разбора, как конь, удовлетворял свои похоти, то И здесь вступает
в преступную любовную связь с Феодорой»,4 а эта Феодора была дочерью его двоюродного брата. б И этому-то жуиру судьба пред назначила сделаться императором Византии. Его царствование было истинным несчастием для империи. Сначала он приближается к престолу
в
качестве
сына Мануила
опекуна
малолетнего
императора
Алексея,
и затем преступлениями пролагает
(1180-1183),
себе путь к престолу. Андроник вкрался в доверие нерассудитель· ного
византийского
народа
и
вместе
с
этим
доверием
похитил
царскую корону. Одной из первых жертв жестокости Андроника
была императрица Мария, жена Мануила, и тиран был настолько изобретателен, что мучил несчастную женщину перед смертью и
заставил сына ее, малолетнего Алексея, подписать смертный при
говор матери. 6 3а ней следовала очередь ее беспомощного сына, несмотря на то, что Андроник торжественно клялся, что будет за· ботиться о благе малолетнего императора. Несчастного юношу но чью задушили тетивой, и Андроник, с презрением попирая ногами труп,
приказал
отрубить
у
него
голову,
представить
ее
себе
и,
отметив
труп в
императорской печатью, велел бросить голову в одно, а другое место. 7 С юной женой Алексея, с которой этот по
следний вступил в брак лишь фиктивно I L
-
малолетний не мог быть
Никита Хоnиат. Царствов. Мануила. Кн. IП, гл. 2. Филиппа - сестра императрицы Марии, второй жены Мануила
-
и дочь
латинского принца Раймунда. 3 Никита Хоnиат. Царствов. Мануила. Кн. IV, гл. 5. • Никита Хоnиат. Царствов. Мануила. Ibldem. , Феодора - правнучка императора Алексея Комнина и
вдова Иерусалимского
короля Балдуина. 6
Никита Хониат. Царствав. Алексея 11 Комнина, гл. 17.
Ibldem,
гл.
18.
55
Р('.1ШllО.3НО ЩЮ6сm6СННЫzl характер Вllзантuйской и,'1llеРIIII
действител~ным мужем сг<>рБИВШИИСЯ,
-
uC
этой особ~й Андроник, престарелый,
износившиися
и
хилыи,
не
постыдился
насильст
BellllO вступить в брак.! Но странный этот брак, конечно, не ynелоМУДРИЛ беспутного Андроника. С утверждением на византий cROM преетоле он дает полный простор своим страстям. Историк !IИRита пишет: {<Часто оставлял он столицу и с толпой блудниц 11 lIаложнИЦ проводил время в уединенных местах, где воздух бла гораствореннее; любил выбирать в этом случае поэтические при родные пещеры в горах и про хладные рощи и водил с собой любовниц, как петух кур или козел коз на пастбище. Лишь своим придворным, и то немногим, он показывался, а певицам и блудни цаМ у него всегда был открытый доступ: их он принимал во всякое время. Негу и роскошь он любил, - продолжает историк, - подоб ио Сарданапалу, написавшему на своей могиле: я имею только то, что я ел и студодеЙствовал. Словом, говорит историк, он ос тался эпикурейцем, человеком крайне развратным и до неистовства
преданным сладострастию,).2 К тому, что нами сказано, присоеди пяЛИСЬ и
многие другие
весьма невыгодные черты,
характеризую
щие Андроника. Для него ничего не стоило держать себя самым униженным образом, если ему нужно было достигнуть какого-либо благоприятного
результата:
тогда,
по
выражению
историка,
он
.ласкался как собака').3 Он умел так жалобно заплакать при случае, ЧТО своим искусством притворяться мог ввести в заблуждение и
пе простодушных людеЙ. 4 Но рядом с этим он являлся неумолимо жесток, когда он знал, что его жестокость легко сойдет ему с рук.
Казни и ссылки составляли главный предмет его царских распо ряжений. Вскоре по вступлении его в управление государственными делами, {<одни из людей знатных,
-
по словам историка,
-
были
ИЗгнаны из дома и отечества и разлучены со всем дорогим сердцу;
другие
заключены
ЛИlПены зрения
-
были
в
темницы
и
железные
оковы,
иные
и всегда безо всякой явной вины!).5 Самые усерд
неЙшие его слуги не могли быть уверены ни на час в своей без Опасности. «Кому вчера подносил он кусок хлеба, кита,
-
-
замечает Ни
кого поил благовонным, цельным вином, с тем сегодня
ПОСТупал злейшим образом,).6 "Убийства сменяли убийства, его тира НИЛ простиралась решительно на всех. «День,
-
пишет историк,
~ Никита ХОltиат. Царствов. Андроника. Кн. I, гл. 1.
- Никита Хоltиат. Царствов. Андроника Комнина. Кн. П, гл. 2. Замечательно, что Андроник делал некоторых благородных византиек своими любовницами против и:х Воли и потом против их же воли 1IOСТРИГал в монахини, несмотря на то, что
~oтopыe из них имели мужей. Толкование Вальсамона на 3·е пр. Анкирского С ~a. См. русское издание правил с толкованиями, с. 911-912 . • Никита ХОltиат. Царствов. Алексея П, гл. 12. 5 Ibidem. гл. 13. 8 Ib!dem, гл. 14.
Ibldem.
л
56 когда он возвращался
п
Лебеде(J
Византию от своих безумных оргий Н ц
в
островах Пропонтиды, был самым несчастным днем. Казалось, ни
с чем другим возвращался он, как только с тем, чтобы губить и резать людей, которых подозревал в злоумышлении против себя. Будучи
считал
до
глубины души
проникнут жестокостью,
погибшим тот день,
этот человек
когда он не ослепил кого-либо.
Не
было пощады даже и слабому полу •. 1 Византийский народ, пре имущественно
высших
классов,
вышел,
наконец,
из
терпения,
и
Андроник сделался жертвой народного бунта. 2 Но даже в Андро нике, этом потерянном человеке, можно наблюдать характеристи
ческую черту других императоров византийских
присутствие в
-
нем доброго элемента рядом со злом. Об Андронике рассказывают,
что он обыкновенно зачитывался посланиями
ап.
Павла,
любил
испещрять свои письма изречениями великого апостола и не щадил
драгоценного
металла
на
украшение
его
икон.
По
выражению
Никиты Хониата, Андроник походил на сфинкса: «Будучи отчасти зверем,
украшенным
все
же
лицом
человеческим,
не
совсем
пере
стал он быть человеком» 3 и, прибавим, даже христианином. Не лучше последних Комниных, а много хуже были в нравст венном отношении немногие представители новой династии Анге лов,
занимавшие
византийский преL:ТОЛ
в
конце
ХН и
в
самом
начале ХН! вв. Это были люди порока и чувственных утех. Укажем на
некоторых
императоров
из
фамилии
Ангелов.
Исаак
Ангел
все время проводил в пиршествах. По меткому вы ражению Никиты, «все мысли свои он погружал в опорожняемые
(1185-1195)
блюда.}.4 Самыми обычными
гостями за
«соломоновскими, как
называет их историк, обедами Исаака были некоторые испорченные монахи константинопольские; это были люди, по словам Никиты,
«в насмешку над собой принявшие иноческий образ, гонявшиеся только
за
царскими
обедами,
поглощавшие,
как
и
сам
Исаак,
разного рода самую свежую, самую жирную рыбу и попивавшие
I J
Никита ХОllиаm. Царствов. Андроника. Кн. П, гл. 2. По-видимому, злодеяния Андроника не дают места для благоприятных суж
дений о Het.!. Не так, ОДНВltо же, на самом деле. Если Гиббон называет Андроника .чудовищем. и .Нероном. (т. У, стр. 378; т. VI, 569), то Фалльмерайер (Ostel Аппа 1, 2) серьезно сравнивает Андроника с Карлом Великим и Петром ВеликиМ и
называет
Jаслугу
его
видят в
величайшим том,
ЧТО
он
между
византийскими
хотел сокрушить
императорами.
испорченный
класс
Главную еГО аристократов.
действительно, Андроник стремился к этому (Никита ХОllиат. Царствов. АлексеЯ
П, гл. 14. Еиstаtlш NarratlO de Теssаlощса игЬе а Nогrnапщs capta, сар. 33, 36) Но справедливо можно возража1'Ь, что средство спасения государства было столЬ же опасно, как и то зло, какое хотели искоренить (Oster. Ibld). Впрочем, вопроС о пелях бесчисленных убийств, совершенных Андроником, не принадлежиТ ~ области церковной истории .
• ,
Никита Хоnиаm
Оп
же
Царствов.
Цар"твов
Андроника. Кн.
Исаака Ангела
человека, близкого к Исааку)
Кн
11,
ГЛ.
13.
1, гл. 7 (историк цитирует сnоВ"
-
Ре l1ltllO то HJ}(/(j( III (I('l/Ilbl11
UlpaxlllCp
Визmillluz1С1<Оzl 11 11/U!PllU
57
самое цельное, старинное душистое вино.).1 Эти пиршества назы валИ «соломоновскими,), потому что они
«представляли целые горы
хлебов, царств,О зверей (по множеству мясных снедей), море рыб
и океан вина.).2 Иногда эти пиры сопровождались самыми дикими, варварсКИМИ развлечениями. Когда «однажды пошла, умному выражению историка, це,
Исаак
в
виде
веселого
-
по остро
-
самая жаркая осада блюд во двор
эпизода
или
в
подать голову одного убитого возмутителя
виде
десерта
приказал
Враны; ее принесли
-
с искаженным ртом, с закрывшимися глазами, бросили на пол и как
мяч
начали
дротиками
перекидывать
из
стороны
в
сторону
в
разнЫХ направлениях.). 3 Другие приятные занятия царствующего Исаака состояли в следующем: «Он увешивался разными одеждами как корабль с галантерейными товарами, завивался. Наряжаясь подобно павлину, он не позволял себе надевать одного и того же
платья дважды. Любя забавы и услаждаясь песнями нежной музы, царь
наполнил
дворец
шутами
и
карликами,
раскрывал
широко
двери для всех комедиантов и скоморохов.). Все это сопровождалось
пьянством и наглым сладострастием. 4 Как ни странно это, Исаак, при всей своей нравственной распущенности,
показывал себя че
ловеком религиозным и другом страждущих и неимущих. ношении
к
церквам
и
монастырям
он
отличался
В от
замечательной
щедростью. Одни из них он украшал, другие поправлял. Он сделал множество драгоценных окладов на иконы. Один обширный дом Исаак обратил в
странноприимницу,
устроив
в
ней стол на сто
человек, равное число кроватей и столько же стойл для лошадей, так что останавливающиеся здесь бедняки-путешественники могли
жить в убежище без всякой платы несколько дней. Один дворец
Исаак также обратил в больницу и устроил отличную богадельню.
Когда пожар истребил северную часть Константинополя, он при казал раздавать деньги для облегчения пострадавших. В Страстную
неделю он рассыпал подарки бедным вдовам, неимущим невестам. 5
Но рядом С такими обнаружения ми благочестия и милосердия в Истории
царствования
Исаака
встречаем
и
грабежи
церковных
СОКРОВищ. Такие контрасты могли существовать, кажется, только у ВИзантийских императоров, которыми благочестие понималось в
чисто формальном смысле. Историк Никита передает, Что Исаак
: Никита Хониат. Царствов. Исаака вместе с сыном его Алексеем. гл. 3. Е - Там же. Кн. III. гл. 6. Роскошь Исаака Гиббон описывает в таких чертах:
• го ПИРШества превосходили все. что когда·либо придумывала царская роскошь:
~ИСJIО его евнухов и служителей доходило до двадцати тысяч. а на содержание В B~ga и Стол он тратил ежедневно по 40 000 р .• что составляло ежегодный расход 1t/lJ(
з 000 000 руб .• Т. VI, 569 . • Там же. Кн. 1. гл. 9. Там же. Кн. IП. гл. 6. 3десь же передается одна из тех циничных шуточек,
~МИ забавлялись Исаак и гости за вкусным обедом. Там же, Кн. III, гл. 7.
А. п. Лебедев отбирал у церквей священные сосуды и давал им житейское упот ребление. Вместо бражных кубков у него за столом служили дра
гоценные чашеобразные изделия, какие висели над царскими гроб ницами;
священнические
умывальницы
превращались в его руко
мойники, снимая с крестов и Евангелия дорогие оклады, он делал
из них ожерелья и цепи. Когда же кто-либо замечал императору, что это святотатство, то Исаак отвечал, что он делает то же, Что
делал и Константин, который гвозди Христовы вделал в узду своего
коня и шлем. 1 С его фальшивым благочестием мирно уживалось суеверие
самого
низшего
сорта.
В
одном
из
городов
по
северо
западному побережью Мраморного моря проживал некий полоум
ный
шарлатан по
имени
Васильюшка;
он
слыл
предвещателем
будущего. В хижине его всегда толпилось много праздного народа, в особенности из низших классов: пастухов,
крестьян, матросов;
его пророчества были запутанной, обрывочной болтовней, иногда этот гадатель позволял себе дикие и неприличные выходки особенности в обращении с женщинами. Исаак был в городе,
в
-
И тем не менее, когда
где жил этот Васильюшка, он не преминул
посетить этого, как он называл его, отца Василия. Пред вещатель будущих
судеб
ограничился
ничего
тем,
толкового
что
обезобразил
не
напророчил
палкой
императору,
портрет
а
императора,
нарисованный у него на стене. Присутствовавшие истолковали это,
впрочем, как дурное предзнаменование для императора. 2 Вторым византийским императором из дома Ангелов был брат Исаака Алексей
III (1195-1203).
государям.
Безграничная
вание Алексея Ангела,
-
Он не может быть причислен к хорошим расточительность,
отличавшая царство
приводит к истощению государственного
казначейства. Очутясь в безденежье, он хочет отобрать у церквей все драгоценные священные сосуды, за исключением потиров. Но
он встретил сопротивление и ограничился разграблением царских
гробниц.3 Историк Никита отдает честь этому жалкому императору по крайней мере за то, что «он не выкалывал глаз, не отрезал ни
рук, ни ног, как грозды с винограда, не был мясником по отно
шению к подданным».4 Значит, и это уже считалось современни ками большим благодеянием судьбы. Жена этого императора Евфро синия с ее любовными похождениями была предметом неистощи мых рассказов, восполнявших собой и без того богатую скандальную
хронику Византии. 5 В начале ХН! в. Константинополь подпал под власть латинян крестоносцев. Императорский византийский трон перенесен был в 1
Там же. Ta~ же. Гл.
J
•
8.
Никuта Хониат. Царствование Алексея, брата Исаака. Кн. Там же. Кн. ПI, гл. 10. Там же. Кн.
1, 3;
кн.
11.
гл.
2.
1,
гл.
8.
-
РСЛИ11l0зно-нравственный характер Византийской UJ>tnерии
59
I1J1кею. Это несчастье образумило шедших по пути нечестия ви занТИЙСКИХ государей. Гром ударил византийцы встрепенулись. I10 крайней мере, некоторые из византийских императоров в Никее показали себя образцами нравственности и религиозности. Таким
был в особенности император Иоанн Ваmац
(1222-1255).1
Вместо
беЗУМНОЙ расточительности, отличавшей многих императоров ви зантийских ХН в., он показывает собой при мер чисто сельской ~изни. Он заводит у себя хлебопашество, разводит коров, овец, лоIIIадей, занимается продажей натуральных продуктов своего хо зяйства. Невиданная идиллическая простота нравов господствует
во дворце императора. Все родственники Иоанна и его вельможи следуюТ примеру царя. Роскошь изгнана была как из дворца царского, так и из домов вельмож. Император запретил покупку дорогих иностранных тканей, изготовленных итальянцами, вави
лонянами и ассириЙцами. 2 Дела благотворения и религиозности заняли в деятельности
Иоанна Ватаца первое
место.
Он заводит
больницы и богадельни, доход с некоторых участков земли, при надлежащих к вотчине императора, назначен был для пропитания
престарелых, больных и убогих. Там и здесь император строил храмы в честь св. Креста, Богоматери и Предтечи, снабдил их име ниями и доходами, не оставлял без своего внимания и монастыри. Кш на слабость в поведении
Иоанна Ватаца,
историк Никифор
Григора, подробно описывающий это царствование, указывает на случай увлечения царя одной придворной дамой до забвения своих
семейных обязанностей,
но тот же историк замечает, что Иоанн
не остался нераскаянным и в этом проступке Историка,
чувствовал
укоры
от
совести,
как
от
он,
по замечанию
иглы,
и
просил
у
Бога прощения греха. Э С выгодной стороны историки изображают
II (1255-1258). Историк Пахимер Т8К характеризует этого
и другого императора никейского периода, сына Иоанна Ватаца
Феодора
государя:
«Не
было
ни
дня,
ни
ночи,
ни
времени
скорбей,
ни
часов радости, ни восхода, ни захода солнечного, когда видели бы
или слышали, что царь не расточает благодеяний или сам лично, Или располагая к тому других». Несмотря на это, по замечанию Историка, государем,
он,
однако
же,
для
своих
вельмож
казался тяжелым
потому что назначал людям должности и
удостаивал
их Почестей, обращая внимание не на благородство происхождения
] Иоанн Ватац (Дука) был зятем Феодора Ласкаря, первого императора, пра·
БIIБП!его империей из Никеи. 2
действительно, до нашего времени дошла новелла Иоанна Ватацы с подобным
СОдержанием. Император запрещает употребление иностранного приготовления Одежд, вавилонских и ассирийских, под опасением следующей угрозы за неиспол
нение приказания: .Сами же они - непослушные - и их род признаются лишен Hыы~ чести> (ащ.юс;). Zachartae. Jus Graecoromanum. Pars 111, р. 574. Никифор Григора. Византийская (РIIМСКая) история. Кн. 11, гл. 6-7. Русск перев.
.-1.. П Лебеdеа
ьО
и родственные связи с царским домом, а на собственные качеСтва Кто был с НИМ в родстве, тому, по мнению царя Феодора, УЖе довольно было и одного этого преимущества. Историк, кроме того, похваляет этого государя за то, что он любил науки и благоде
тельствовал всем ученым. J Но к концу, если можно так выразиться, никейского заточения византийских
ХН!
в.
императоров,
столицы в
с
перенесением
Константинополь,
*
во
второй
ПОЛОВИНе
императоры являют собой
большей частью печальные примеры нравственной испорченности,
нравственного расслабления. Михаил Палеолог
(1261-1282),
за·
ставивший латинян покинуть Константинополь и занявший опять трон Константина Великого, далеко не был любителем добродетели.
Путем преступления достигает он престола. Он приказывает ОСле· ПИ'l'Ь вверенного его попечению малолетнего императора Иоанна, сына Феодора Ватаца, и тем отделывается от этого своего сопер ника-дитяти. Это преступление тем менее рекомендует нравствен·
ный характер Михаила Палеолога, чем изобретательнее оно было.
Решено было сделать неспособным к царствованию Иоанна
и
-
для этого избирается ослепление его путем медленного разрушения
его зрения. «Ему испорчены глаза, не раскаленным железом вдруг,
-
пишет историк Пахимер,
-
а какой-то накаляемой и обра
щаемой перед глазами побрякушкой, так что зрение дитяти сперва ослабевало, а потом мало-помалу совершенно погасло •. Затем ос лепленный венценосец был заключен в крепость под стражу. «А те
клятвы,
замечает историк,
-
-
какие давал Михаил Палеолог ка
сательно охранения жизни Иоанна, были проглочены царем как огурец». Царственный отрок Иоанн был не единственной жертвой
жестокой души Михаила
- много потерпели от него и привержен цы Иоанна. «ОД"ffИХ из них он выгнал со службы, других подверг наказаниям».2 Особенно много претерпел ритор по имени Оловол:
ему отрезают нос и губы и постригают в монахи.
Впоследствии Оловолу пришлось перенести еще многие поругания от жестокости тирана. Разгневавшись однажды на Оловола, Михаил приказал «обвешать его овечьими внутренностями со всеми находящимися в
них
нечистотами,
приказал не
переставая
бить
его
по
устам
овечьей печенью и в таком виде водить его вместе с некоторыми
другими лицами по улицам Византия». 3 Михаил Палеолог вообще был человеком, умевшим чисто иезуитским способом успокаивать
свою грешную совесть. С такой священной вещью, как клятва, 1
Пахu,чер. История о Михаиле и Андронике Палеологах. Кн. 1, гл. 13. Русс}(
перев. Переведен только первый том: О Михаиле Палеологе (СПб., ! I
,.. июня
oJf
1862).
Пахu.'1ер. Ibld. Кн. III, гл. 10-11. ПаХU.lIIер. Ibld. Кн. V. гл. 20. Константинополь был обратно занят войсками имп. Михаила Палеолога
1261
г.
25
-
Ре mtllOЛlO nРlюсmоеlшыи характер Византийской империи
61
бхоДИЛСЯ своеобразно. Расскажем один случай. Сын его Андроник,
о u I10сланнЫИ
с
u
воиском
J(отаницу сдаться,
против
б
сер ов,
склонил
б
сер ского
вождя
причем дал клятвенное обещание, что он не
потерпит от царя ничего дурного. Михаил Палеолог, однако же, заДумал ослепить Котаницу. «Ведь не я клялся,
-
рассуждал он,
-
а мой сын без моего соизволения». Узнав о намерении отца, Анд роиик явился к нему uc ходатайством за несчаст~ого Котаницу. отец в ответ на ходатаиство
сына и на приведенныи им аргумент,
что если Котаница будет ослеплен, будет
клятвопреступником,
стал
то через это он, Андроник,
ему
доказывать,
что
никакого
клятвопреступничества не будет, потому что он-то, Андроник, со хр/lllИТ клятву, а царь, как свободный от КЛЯТВЫ, данной без сношения с ним, может поступить так, как того требует безопас ность. К чести Андроника нужно сказать, что он старался принять
мерЫ к спасению Котаницы от опасности. 1 А как мало Михаил дорожил
религиозными
интересами,
это
видно
из
того,
что
он
употреблял все усилия для подчинения церкви Греческой - Ла тИIIСКОЙ в так называемой унии. Таков был Михаил Палеолог. Но несправедливо было бы думать, что Михаилу чужды были дела благочестия. И этот государь, подобно многим его предшественни кам,
умел
соединять,
по-видимому,
несоединимое
-
порочность
и
зыбкость нравственных начал с религиозностью. До нас сохранилась автобиография Михаила Палеолога, в которой он показывает ред
кую заботливость о благоустройстве монастырей. Он возобновил монастырь св. мученика Димитрия в Византии, снабдил его неос кудевающими доходами, заботливо выработал для него нечто вроде устава, определил штат монастыря, назначил ему на вечные времена
быть под покровительством византийских государей и т. д. Подоб ным же образом он позаботился и о многих других монастырях, перечисленных в его автобиографии. 2 Михаил заботился об укра
шении и обогащении знаменитоГо Софийского храма 3 и проч. Лучше был в религиозно-нравственном отношении преемник
Михаила, сын его Андроник II Палеолог (1282-1328). Как прави 'reJJb империи, Андроник считается малоспособным государем. Но В этом отношении нельзя очень строго судить Андроника: запутан НЫе и тяжелые обстоятельства времени сделали бы затруднитель
НЫМ управление государством византийским и для императора бо лее уМного и искусного. Кроткий, любящий науку и просвещение, )f(елавший для всех быть полезным, Андроник стоял бы на высоте своего призвания, если бы он жил и царствовал в более мирные и ~----
~ Пахu.мер. Ibld Кн. \'I, гл. 27. R
.Автобиография Михаила Палеолога. в греческом тексте и русск. переводе.
5;:ечатана с греческой рукописи в Христ. Чтеn 1885, т. 11, см. с. 560-562,
"'8568.
Пахимер. Ibld. Кн. ПI, ГЛ. 2.
спокойные времена, например, хотя бы в ХН в. Но во всяком слу_ чае,
что
касается
религиозно-нравственного
характера
этого
импе_
ратора. то он заслуживает уважения и похвалы. Личные его добро_
детели не запятнаны ни одним историком. Его общественные добро_ детели тоже рисуют образ Андроника с лучших сторон. Григора говорит о преемнике Михаила:
«На
престоле восседа..1
ум степенный, не любивший лицемерия и взвешивавший все по
совести, как перед Богом».] и нельзя думать, что историк хочет льстить Андронику. Андроник действительно был таков. В этом отношении очень
замечателен следующий
пример,
рассказанный
другим историком, Пахимером. Однажды император получил ано нимный памфлет, в котором заключал ось великое множество кле вет, а в том числе и какие-то клеветы и обвинения на саМОГО им
ператора. Как же поступил Андроник? Другой на его месте разорвал бы рукопись,
не обратив внимания.
или же принял
бы меры R
отысканиЮ клеветника. Не так поступил царь. Чувствуя себя не виновным в возводимых на него обвинениях, он решается публично
прочесть и разоблачить выдумки памфлетиста. Для этого он соби рает
во
дворец
епис�